Кандалы для лиходея

Ан нет, великий князь уже избежал наказания и даже более того, вскоре был всемилостивейше и с благодарностью пожалован, несмотря на то, что за ходынскую трагедию был ответствен более всех обер– и просто полицмейстеров, а также прочих чиновников Министерства Императорского Двора, поскольку исполняет должность генерал-губернатора Москвы.

Там, в Европах, случись подобная трагедия, так должностные лица сами с себя обязанности складывают и в отставку уходят, поскольку либо совесть, либо общественное мнение занимать им далее подобную должность не позволяют.

В России такая практика отсутствует… «Вот так, господа, – думал Власовский, – не равны у нас все перед законом. Никогда такого не было в России и, надо полагать, не будет». А его, обер-полицмейстера Власовского, скорее всего, уволят с должности «без прошения». Стало быть – все, конец карьере! Не видать ему генерал-майорского чина как собственных ушей… Но начатые дела он всенепременно доведет до конца, таким уж он уродился.

– Господин полковник, ваше приказание выполнено, – отчеканил капитан. – Разрешите идти?

– Ступайте, – не оборачиваясь от окна, произнес Александр Александрович. – А вы, господин Козицкий, присаживайтесь к столу, – тут обер-полицмейстер обернулся и вонзил столь острый взгляд в управляющего имением Павловское, что Самсона Николаевича пронзил противный холодок. Казалось, что Власовский видит всего его, и сквозь него, и еще далее на три аршина в землю под ним…

– Благодарствуйте, – только и смог сказать управляющий.

Появился канцелярский секретарь. Он потихоньку, едва не на цыпочках, прошел за отдельный столик в углу обширного обер-полицмейстерского кабинета, достал из кожаного портфеля с двумя большими защелками стопочку бумаги, ручку с длинным металлическим пером, скляницу-непроливашку с чернилами; все это аккуратно разложил на столе и надел сатиновые нарукавники, – дескать, готов к исполнению обязанностей.

Александр Александрович неторопливо, по-хозяйски прошел к своему креслу, сел, поерзал, устраиваясь удобнее, и снова вонзил свой взгляд в Козицкого.

– Я позвал вас сюда, – официальным голосом начал Власовский, – дабы провести дознание по делу о пропаже главноуправляющего имениями графа Виктора Модестовича Виельгорского господина Попова. Вы привлечены к дознанию в качестве свидетеля и обязаны отвечать на все вопросы правдиво, без лжи и злонамеренности увести дознание в сторону.