Мама для Совенка. Часть первая

И тут же успокоил себя — отец давно прислушивался к мнению третьего сына, прислушается и в этот раз. А Третий не меньше его самого понимает ценность ассары.

Хорошо, что мелкий скоро уезжает в академию, защита курсантов там на уровне, но здесь, во дворце... Фильярг нахмурился. Мысль, что Шахтаны могли не успокоиться даже после смерти исполнителя, портила настроение. Злость взметнулась колючками ярости и опала ледяной решимостью. Надо пересмотреть собственные планы и не выпускать ассару из вида. И для начала перестроить жилой этаж так, чтобы, получив сигнал тревоги, не мчаться сломя голову до ее комнаты.

Решено. Он поселит ее рядом с собой. Мысль оказалась приятной, тягуче сладкой, и он снова прокрутил ее в голове. Рядом. С собой.

— И что заставило моего брата сиять, точно ледяная статуя на солнце? — спросил Третий, вставая рядом. Подкрадывающиеся шаги брата Фильярг услышал издалека, но прогонять накатившую сладость не стал, вот и попался.

— Что или кто? — уточнил Харт, иронично приподнимая бровь.

— Дай угадаю. Возвращение отца? Появление на свет племянника? Или визит такийских пиратов?

Фильярг сжал зубы. Умеют же некоторые... портить настроение.

— Неужели наша маленькая проблема с именем Юля? — «удивился» брат, но Фильярг игру не поддержал. Женщина — не тема для шуток.

Харт посерьезнел, вспомнив, видимо, о стопке жалоб, и поинтересовался со вздохом:

— Что думаешь делать? Кроме присмотра, конечно.

— Не мешать, — ответил Фильярг кратко, развернулся и ушел, оставив Третьего одного.

С некоторых пор ему не хотелось обсуждать ассару в присутствии других.

Харт фыркнул вслед — подумаешь, какой чувствительный стал. Надо брать ситуацию под контроль, пока этот нервный не испортил что-нибудь. Например, сменить комнату, поселив ассару рядом. Отличный вариант. Пусть будет под боком. Днем вряд ли кто-нибудь решится навредить ассаре, а ночью он за ней присмотрит. Поймал свое отражение в окне, растерянно изучил появившуюся на губах улыбку и раздраженно стер, нахмурившись, — одного нервного и чувствительного вполне достаточно для башни принцев.

— Ваше высочество, — почтительно обратились к нему.

— Иду, — вздохнул Харт, с неохотой отводя взгляд от прорезавшего темные тучи золотистого луча. Ассара ассарой, а работу никто не отменял.

Четвертый спустился вниз, прошел в тренировочный зал, переоделся. Кивнул мастеру, показывая, что готов к поединку. С наслаждением вдохнул ароматы железа, пота и кожи.