Мертвец – это только начало

Если бы не знать, что на глубине двух метров покоится человек, бывший при жизни теневым префектом Юго-Западного округа, чьи возможности распространялись куда шире, чем у его официального коллеги, то можно было бы подумать, что это могила самого заурядного человека, самое большое геройство которого заключалось в том, чтобы не поздороваться со сварливой соседкой на лестничной площадке.

Обычно таких авторитетов, как Стась Куликов, хоронят с большой помпой. На площади перед кладбищем бывает тесно от дорогущих автомобилей, народ на могилу приходит сентиментальный, чувствительный.

И никто из присутствующих не осудит, если иной и поморщится плаксиво. Речи на могиле, как правило, всегда короткие, но очень емкие и больше напоминают клятвы, чем слова прощания. Памятники на могилах высокие и капитальные, какие не часто встретишь даже у политических вождей. Иначе нельзя, братва не поймет. Никакая религия не обходится без святых мест, а уголовная и подавно. Ведь должна же куда-то приходить подрастающая молодежь, чтобы совершить обряд причащения и дать клятву на верность братству.

Теперь у Вадима Шевцова не оставалось никаких сомнений по поводу воскрешения Стася Куликова. Не тот он человек, чтобы вот так бездарно сложить буйную головушку и быть упрятанным в сырой осиновый гроб. На кресте даты рождения и кончины. Фотография отсутствовала, что само по себе было очень знаменательно.

Постояв еще немного, майор затопал в обратную сторону. У самого входа ему повстречался все тот же высохший мужичок с несмываемым загаром на впалых щеках.

– Ну как, навестил кореша? – На лице дежурное участие. В умных, слегка прищуренных глазах трудно скрываемый интерес. О нежданном госте он хотел бы узнать побольше.

– Главное наше с ним свидание впереди, – очень серьезно ответил майор Шевцов.

– Это верно, – легко согласился могильщик. – Все мы под богом ходим, кому знать, если не мне. – Ответ майора он принял за глубокую мысль.

По его озадаченному лицу было заметно, что он хотел спросить что-то еще.

Но в той среде, где он находился, задавать вопросы было не принято.

Махнув на прощание рукой, Шевцов вышел за ворота кладбища.

Глава 3

– Одна беда: там совершенно невозможно следить. Абсолютно ровное поле с торчащими крестами. Нет ни кустов, ни деревьев, ничего такого, за чем можно было бы укрыться. Я уже думал об этом, – мелко барабанил по столу карандашом майор Шевцов, – так что идея выставить там пост наблюдателей очень неудачная.