Совенок. Вода и пламя. Шестая часть

Бумаги отец взял, но читать не стал, на дары даже не взглянул, вместо этого посмотрел внимательно на сына и спросил, понизив голос:

- Тяжело пришлось?

Арвэл моргнул, прогоняя стойкое чувство, что отец в курсе всего.

- Как всегда, - пожал он плечами, решив, сделать вид, что ничего не понял.

Рельгар неодобрительно нахмурился, оглядел собравшихся придворных и толпившихся за спиной сына членов посольской миссии.

- Корона высоко ценит заслуги каждого из вас, - повысил голос король, - и наградит отличившихся, а пока отдыхайте.

Знакомый кабинет встретил легким запахом дыма и сушеных трав.

- «Как всегда?» - сдавленно спросил отец, стоило Арвэлу закрыть за собой дверь, в его глазах мелькнули алые огоньки гнева. – Так значит, тебя всегда убивают ядом?!

Арвэл опешил, почувствовав себя подростком, которого взрослые поймали на лжи.

- Решил скрыть? Паршивец! – его величество в гневе швырнул бумаги на стол и те разлетелись веером.

- Ты следил за мной? – выдохнул он разочаровано.

- Что я упустил кроме отравления и голода? – в кабинет шагнул Харт, взглянул на младшего брата так, что тот понял – без полного отчета о поездке его живым отсюда не выпустят.

- Следил я, не он, - донеслось глухо из камина, затрещали дрова, полыхнуло, и огненный Арвэл наполовину высунулся из огня.

- Так мне не показалось, там, во дворце, был ты?! – потрясенно спросил Пятый, не в силах поверить, что удалось установить связь на столь дальнее расстояние.

Стихия самодовольно потянулась, положила голову на скрещенные руки, хитро прищурилась:

- Ты неплохо держался, сын огня, - пафос в голосе не вязался с фривольной позой огненного Арвэла, - я горжусь тобой, но в следующий раз просто дай ему в морду. Или подпали бороду, а лучше зад.

Рельгар мученически возвел взгляд к потолку.

- Ладно, здесь все понятно, - чужим голосом произнес Арвэл, старательно отводя взгляд от огненного себя, - но Харту ты бы не стал помогать. Кто? – он повернулся к старшему брату. – Паллар, да? – спросил, стараясь сдержать просящийся наружу гнев. – Как давно он работает на тебя?

Харт посмотрел на него, как на идиота, покачал головой.

- Он работает на страну.