Ровельхейм: Право на магию

Затем пламя завертелось, заискрилось и вырвалось вверх огромным пылающим змеем. Змей пронёсся по трибунам, извергая из пасти огонь, на трибунах завизжали. Но ни одна искра не попала на зрителей, а змей, сделав несколько кругов, с размаху ударился оземь. Земля содрогнулась и вот уже другой маг стремительно начал уходить ввысь, стоя на растущей из-под земли каменной колонне.

Цепочка горных хребтов окружила арену, маг щёлкнул пальцами, и вершины обрушились камнепадом, завалив центр арены и самого мага.

На трибунах подскочили особо впечатлительные девушки, хватаясь за сердце. Но вот камни зашевелились, собрались в неуклюжего голема, сам же маг сидел на его вытянутой ладони и махал зрителям. Арена взорвалась аплодисментами.

Голем аккуратно поставил хозяина на землю и тут же был проглочен набросившейся на него яростной тьмой. Смертоносное облако носилось по арене, превращая камни в пыль и пепел, выравнивая рельеф. Потемнело и резко похолодало, меня охватило зловещее ощущение пустоты и ничего.

– Это развоплощение, – шепнул Хельме. – Жуть жуткая.

Яркая белая вспышка разрезала тучу, возвращая свет. Кажется, на трибунах все дружно выдохнули. Посреди пепла стояла румяная девушка-маг. Она закружилась в незамысловатом танце, и мёртвая земля зазеленела, заколосилась травой и луговыми цветами. Откуда-то налетели звонкие птицы, бабочки, даже пухленький коротколапый манч вырвался из чьих-то рук и прибежал к магу жизни. Студенты засмеялись, а хозяйка манча тщетно бренчала сверкающим ошейником, зовя питомца.

Румяная девушка чмокнула манча в бархатный нос, а тот поднялся на задние лапы и стал стремительно расти ввысь, теряя густую шерсть, обрастая шипами. Грорш!

В смысле, настоящий грорш! Пятнистое чудовище на мощных задних лапах обнажило жёлтые клыки и издало жуткий вой. В следующую секунду он уже нёсся огромными скачками к ближайшим рядам, наметив себе жертву. Толпа студенток на трибуне завизжала и бросилась врассыпную. И вот прыжок – и в воздухе грорш обернулся прекрасной длиннохвостой птицей!

Одарив перепуганных девушек жёлтыми перьями, на середину арены птица приземлилась уже смеющимся молодым человеком.

Анимаг, с ума сойти! Тем временем на цветущей арене уже пробивались молодые деревца, а вместе с ними и ещё кое-что. Свежая земля вздыбилась, выпуская на свет костлявую руку. И вот уже двое, трое, четверо умертвий тянули свои неживые кости к зрителям… Среди тех началась паника.