Ровельхейм: Право на магию

Мирита оказалась древним существом из Леса и на человека мало походила. С четырьмя руками, четырьмя же радужными крыльями, огромной головой и чудовищными сине-зелёными фасеточными глазами. Какая-то жуткая помесь стрекозы и маленькой девочки. А уж как она этот глаз потеряла – чтиво совсем не для слабонервных. Оригинальный артефакт был утерян в веках, дважды его удавалось воссоздать, а мой стал четвёртым. Суть у них была одна – показывать желаемое, в деталях же я опять переиначила по-своему.

Не хотелось тратить драгоценное свободное время на глупые книжки об этикете приёмов и балов, но пришлось.

Вилария и её подружки наверняка такие книги могут главами цитировать. Меня же волновало одно: возможность избежать Осеннего бала. Увы, никаких лазеек я не обнаружила. Согласно дворцовому этикету, приглашение на танец от нахального принца, явно задумавшего какую-то пакость, являлось ультиматумом. Никакой возможности отказаться, разве что… Но и на этот случай в книгах нашлось что-то типа: «Мало ли, что умерла! Для человека порядочного это отнюдь не причина…».

А потому головной боли добавилось. В башмаках и старом платье на бал не пойдёшь, а если и пойдёшь, то, чтобы там ни задумал принц с друзьями, мой унылый наряд лишь сыграет им на руку. Деньги. Деньги, деньги, деньги.

Неудачное утро продолжилось не самыми приятными предметами. На боевой магии у мэтра Ксавии мне уже довелось побывать. Тот не разменивался на теорию, а приветствием и началом занятия служила серия коротких атак на группу.

На первом занятии мне удалось отсидеться в сторонке, сегодня же схлопотала несколько чувствительных уколов. Не умея поставить себе защиту, я просто уворачивалась от хаотично летящих ледяных стрелок. Серьёзного ущерба они не наносили, растекаясь лужицей сразу после того, как достигнут цели, но кололи ощутимо. Хуже был рык мэтра:

– Защищаемся, Нит-Истр, а не танцульки пляшем!

Прямо по больному. Велико было искушение натянуть капюшон и по-тихому свалить, но, как назло, взгляд мэтра был прикован исключительно ко мне.

Артефакторика, помимо утренних отработок, теперь ежедневно стояла четвёртым занятием. Так что я присоединялась не только к группе своего первого курса, но и к старшим ученикам. Там студентов были единицы, и мэтр Эрдис всецело занимался ими, а я, как обычно, ковырялась со своими проектами в сторонке. Обычно добродушный и общительный старичок сегодня тоже был не в духе, то и дело покрикивал на двоих третьекурсников.