Хозяйка покинутой усадьбы

Ты ведь сама говорила, что можешь учиться самостоятельно. Тебе нужно учиться самой разбираться со знаниями, уже сейчас. Ты взрослеешь. Ещё четыре года и всё, можно будет и помолвку организовать, а позже и свадьбу справить.

— А позже, мастер, это когда, в восемнадцать? — наивно спросила, забыв, что и в моём мире законы поменялись совсем недавно.

В нашем 19 веке, насколько я помнила, увеличили возраст девушек, вступающих в брак, до 17 лет. А раньше было и того меньше.

И получила в ответ:

— Почему в восемнадцать? Нет, обычно да, лучше подождать, пока дева созреет и силу наберёт.

Но в договорных браках можно в шестнадцать. А там муж и обождать может, чтобы дети здоровые были. Так, Алисия, рано тебе об этом думать, учись давай. Вот верно, не забивай себе голову дуростью.

Мастер считал, что был прав, советуя мне учиться, а не думать о взрослых вещах. Но для меня это не было праздным любопытством. Стоило в книге посмотреть всё, что касалось брачных договоров и моих прав в этом вопросе.

Вот тогда я и села за изучение законов королевства Норей.

Того, к которому теперь принадлежала и я. И узнала много того, куда я могу запросто угодить по незнанию.

Всё было правдой. Отец или глава роду мог продать меня, заключив брачный союз. Вот только нечего ему было за меня предложить. Ни магии, ни внешности, ни имени отца, ничего я не получила. Во всяком случае, так считалось.

Отец, оказывается, даже такую мог меня признать, причём в любой момент, продав, например, купцу или зажиточному мастеру в жёны.

Чтобы поправить своё материальное положение, если что случится. И тут уже моя внешность, сильно улучшившаяся за это время, могла только увеличить эту вероятность.

Хорошо, что я в своё время приняла верное решение скрываться до последнего. Волосы я всегда убирала под платок или шапку, фигуру скрывала немного свободной одеждой. Лёгкий загар добавлял мне здоровья, но тут уже я не решалась слишком сильно загорать. Кто его знает, а солнце хорошо в меру.

Книжку с законами королевства я брала много раз, читая, размышляя, искала лазейки и пока не находила.

Свободной я стану в том случае, если выйду замуж и стану вдовой. Причём муж мне должен был сам оставить наследство.

А ещё меня мог признать отец и подарить собственность, официальную. В это верилось с трудом. Я запомнила всё, что узнала из той книги, на будущее.

К двенадцати у меня появилось два вида заработка. Во-первых, я потихоньку использовала ту пряжу, что годами лежала с грудой поношенного тряпья.