Хозяйка покинутой усадьбы

Но она обратила внимание на мою вышивку и на кружева, украшавшие лиф одного платья и рукава другого. С лёгким любопытством поинтересовалась:

— Это ты сделала? И платья, ты же их перешила из того, что тебе приносили слуги, да? А вот эта вязаная шаль выглядит вполне неплохо.

Она показала на мою гордость, шаль, что, думаю, не зазорно было надеть и графине. Да уж, спесь этой дамы просто зашкаливала, но не в моём положении было спорить. Я молча кивнула, не желая спорить или что-то доказывать.

Именно с этого дня моя жизнь круто поменялась.

Графиня действительно следила за моим воспитанием, но не она занималась мной, а нанятый учитель, дающий мне ненужные в жизни, но необходимые девушке для удачного замужества знания.

И да, это были жутко занудные занятия по этикету и поведению в обществе аристократов. Как мне сказал мастер Лавли, занимающийся моим образованием:

— Ум девице ни к чему, а послушная жена каждому нужна. Её сиятельство передала мне, что вы рукодельничаете. Отличное занятие для юной леди, отличное.

Да, я злилась, но занималась. При первом же непослушании графиня пожаловалась графу, и тот мне быстро показал, что послушание — главное достоинство для юной и родовитой леди.

Глава 24

Да, наказание для меня подобрал мой отец и господин, как он не единожды называл меня, явно желая привить мне определённое к нему отношение. И да, я поначалу даже усмехнулась про себя. Ну как же, меня заперли в комнате, куда принесли самое необходимое и книгу по манерам, из которой я должна была накрепко заучить ту часть, где описывались правила поведения в первую очередь по отношению к главе рода.

И только позже, когда я передумала в голове кучу мыслей, планов, я приступила к заучиванию тех самых правил. Поняла, как попала, с трудом продираясь в ужасно занудном тексте. А меня ещё и ужина лишили, чтобы не отвлекалась от науки, как мне сказали, и выучила всё назубок.

Я сидела, учила и вспоминала холодный, полный скрытого презрения голос графа Пейтона, стоявшего на пороге, не желавшего даже зайти в комнату:

— Тебе, безродной сироте, жалкому бастарду дали шанс подняться и стать уважаемой леди.

Мы все радеем за тебя, беспокоимся, учим, тратим силы, время и средства. Посмотри, как уже изменилась твоя жизнь. А ты, значит, вздумала характер показывать? Так вот, даже и не думай опозорить нас. Или ты слушаешься и почитаешь нас, и я со своей стороны пристрою тебя, сделав благородной леди.