Очарованный, околдованный, или Темная фея для дракона

А тут вроде как мечта сбылась. Я улыбнулась, поглаживая выпуклый узор, и посмотрела в сторону спящего мужа. Что он скажет, когда проснётся? Что рад не будет, так это понятно. Слишком всё было вчера странно, нас каким-то дурманом напоили или магией одурманили. Но я же не виновата… Или виновата?

Бывшая хозяйка этого тела провела ритуал. Мне её память говорила, что ритуал так и назывался: «Призыв духа мщения». Род девушки кичился, что шёл по прямой линии от какой-то там сильной феи прошлого. Так вот, дух этой феи и вызывала Ассамар.

Но почему-то пришла я. Извернувшись, потрогала места, откуда вчера у меня росли крылья, удивительно, я летала! Хотя крылья скорее призрачные. Кожа мягкая, белая, без дополнительных дырок. И выдохнула: не хватало ещё всё время с этими махалками ходить.

Позади пошевелился Валентайн, муж. Тьфу ты, не думала я, что ещё раз замуж выйду. Замерла, стараясь не дышать, пока, он не продолжил спать.

Не понравилось мне замужем первый раз и второй раз не собиралась. Может, смыться, пока этот в себя не пришёл? Ещё прибьет сгоряча.

Первый муженек любил после выпивки кулаки чесать. Тот ещё гад был.

Я привстала с разорванной рубахой в руках и приладила себе над грудью, завязывая узлом. Вот это мы тут повеселились, всё разломали, драконы могут на меня ущерб повесить. Я сделала один шажок в сторону двери. Ну его, этого мужа и весь его род. Мне даже жреца не жаль, слышал ведь, что я против. Я сделала ещё один шажок по скрипнувшим под ногами плитам. Сбегу домой, поставлю закрепы, и пусть попробуют добраться.

Я на секунду замерла.

‒ Какие закрепы?! ‒ в голове тут же возникли стройные ряды красивых с завитушками букв, которые я спокойно читала.

Слова феи. Каждое слово означает закреп чего-то. Ляпнула кому, что будет как козел мекать, слово-закреп поставила в конце и всё, мекать бедолаге, пока ты его назад не заберёшь, слово своё.Да-а-а, так и знала, что сошла с ума. А если мне всё только видится?! На секунду задумалась и сделала ещё пару шагов на выход из часовенки.

«Прекращай уже страдать, Тамара! — одёрнула сама себя. У тебя было время, чтобы понять: всё это настоящее». И мужик, что сопит сейчас на алтаре, не какой-то там дурак, а один из наследников рода Нардейл.

На улице было утро. Сырое, промозглое такое частенько бывает в горах. Низкие тучи словно слизывали вершины гор, ярились под напором ветра. Хотя здесь, возле часовенки, ветра нет. Узкая лестница вела вниз, где нас дожидался экипаж.