Не бери у вора денег

– Это название больше всего подходит под содержание.

– И о чем сценарий? – поплевав на пальцы, Метелкин принялся перелистывать страницы.

– Содержание довольно любопытное, – оживился Алексей, о своих вещах он мог рассказывать бесконечно долго, вот только не всегда отыскивались благодарные слушатели. – Взаимоотношения мужчины и женщины. Они знали друг друга с детства, но однажды, рассорившись по пустяку, разошлись. И, как им казалось, навсегда. Но на старости лет, когда женщина уже овдовела, а мужчина тоже стал вдов, судьба вновь свела их вместе.

Встретившись, они вдруг поняли, что никогда не были счастливы так, как сейчас.

Лицо Валерия Петровича приняло кисловатое выражение.

– И это все?

– А разве этого мало? – удивился Алексей. – Они попадают в разные жизненные ситуации, все это описано… И поездка к детям, которые их не понимают, и на курорт, где оба совершенно случайно встречают своих прежних возлюбленных. Их пытались обмануть аферисты.

– Вот даже как? – Голос Метелкина на этот раз прозвучал заинтересованно.

– Зрителю будет занятно посмотреть, как они выпутаются из всех этих историй. Если хотите, то я могу прочитать вам пару глав, – с готовностью предложил Алексей, заранее предвидя ответ.

– Не надо, – возразил Метелкин. – Читать я умею. Думаю, что с названием вы угадали, молодой человек.

Последующие несколько минут они сидели молча. Алексей, затаив дыхание, наблюдал за Валерием Петровичем. Главным действующим лицом оставался классик: он то сводил густые кустистые брови к переносице, всем своим видом выказывая невероятную озабоченность, а то вдруг уголки его губ слегка раздвигались, отчего он выглядел необыкновенно располагающе.

Наконец он захлопнул папку, крепко стянув ее тесемками.

– Ну что, молодой человек, на первый взгляд весьма недурно. Вы не лишены определенной фантазии. Я тут отыскал даже весьма неплохие эпизоды. Не представляю, как вам это удается? – Губы классика разошлись в широкой улыбке. – Но хочу заметить, что над этой вещью нужно еще изрядно потрудиться.

 – Голос классика принял подобающую серьезность. Лимит на улыбки был исчерпан. Его лицо выражало такую озабоченность, будто бы он намеревался сразу после завершения разговора подняться со стула и вприпрыжку отправиться осчастливить мир выдающимся литературным произведением. Впрочем, в ближайшее время ему предстоит проделать не менее значительную работу, например на обложке сценария поставить собственную фамилию.

– Не так уж и много, как вам кажется.