Уж замуж невтерпеж

«Слава богу, ты пришёл!» – кажется, так эта передача называлась. Ладно, подыграем.

– Эхения, доченька…

– Ну, какая ещё Евгения, маменька, раз мы родные люди, – улыбнулась я. – Можно просто Женя.

Сама я пока крутила головой вокруг в поисках камер. Что-то во рту пересохло, аж голос сам не свой. Я выразительно откашлялась.

– Мариса, воды, бегом! – дама хлопнула в ладони, и девица Мариса просто сделала полшага и исчезла в…

Я даже не знаю, как это назвать, но таких спецэффектов я точно не ожидала. В воздухе будто расстегнули молнию, открыв дополнительное пространство.

В нём-то она и исчезла. А через пару секунд вынырнула обратно со стаканом воды. Затем немыслимое пространство схлопнулось обратно, как ничего и не было.

– Попей, дорогая, это была такая длинная дорога…

– Э-ээа-аэ-э… – только и смогла выдавить я, вытаращившись во все глаза на то место, где только что порвалось не только пространство, но, кажется, и весь мой здравый смысл. – Что это было?

– Где?.. Ах, портал. Сама бы она минут десять бегала до кухни и обратно.

– Портал?.. – уверена, я сейчас выглядела умственно отсталой.

– Ну, а как ещё… Ох, девочка ты моя бедная! – вдруг снова разволновалась дама. – Тебя же, наверное, с этой самой… как её… Земли? Да, с Земли вынесло! Но не переживай, доченька, теперь ты, наконец, дома!

– К-куда вынесло? – подозрительно спросила я.

– В свой единственно родной мир. Арсандис, лучший из магических миров Конгломерата, – с гордостью и нежностью ответила она.

Нет, по отдельности эти слова мне были понятны.

А вот все вместе не укладывались в голове. Особенно сочетание «родной» и «магический». Потому что появилась я на свет в роддоме номер семь нашей славной северной столицы. Никакой сантабарбары с подменой младенцев быть не могло: по факту рождения отец первым делом гордо зафиксировал на фото родимое пятно на пухлой младенческой ручке. Такое же красовалось и у него на том же месте, с этой меткой я и прожила тридцать три года вполне себе приземлённой жизни. Ай, да сейчас сами всё увидите…

Пусть всё тело налилось свинцовой тяжестью, но я выпростала руку из-под одеяла, продемонстрировав странным дамам запястье.

– Боюсь, вы меня с кем-то путаете… Вот, родимое пятно, как у моего отца. Паспорт, боюсь, не покажу, но что есть – усы, лапы и хвост… Я Женя Кирсанова. Не знаю, за кого вы меня приняли, но мой дом точно не здесь!

Дамы переглянулись. Я и сама скосила глаза к руке. Кожа белая, нежная, чуть не просвечивает. И девственно чистая, ни пятнышка.