Разыскиваем маму. Срочно. Том 2

Дитрих замер, весьма выразительно вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза:

– Кира, ты видела людей, которые спят в штанах?

-Да, – ответила я, не уточняя, что обычно это пижамные штаны.

Дитрих чуть наклонил голову в бок:

– У тебя очень… необычный мир. Оригинальный. Но в нашем мире в штанах никто не спит. И мне бы не хотелось. Или у тебя есть возражения по этому поводу?

Я задумалась и кивнула:

– Если у меня будет другая спальня, то никаких. Хоть голым, хоть в женском пеньюаре.

– Значит, возражаешь, – сделал вывод Дитрих, а после предложил гениальное: – Тогда не смотри.

– Я бы вообще предпочла уйти, – ответила я, понимая, что у Дитриха «то самое» флиртующее настроение, от которого надо либо получать удовольствие, либо прятаться.

Получать удовольствие рано, а посему неприлично, поэтому я бы не отказалась удрать куда подальше. От смущения, искушения и иже с ним.

– В коридор нельзя, да и другие комнаты недостаточно хорошо защищены от вмешательств, – мотнул головой Дитрих.

– Тогда пойду в гардеробную.

– Но там Уэйн, – улыбнулся Дитрих. – Ты хочешь к нему?

– Именно. Там одетый Уэйн. Я хочу к одетому человеку, – упрямо сказала я.

– Я голый, не входите! – внезапно заорали из гардеробной.

– Спасибо, что не в женском пеньюаре, – едва слышно пробормотала я.

Мужская солидарность, да? И ни капли стыда, Дитрих вон вообще стоит и улыбается так довольно, будто все его проблемы мигом исчезли в небытие.

– Если попытаешься войти – и его натяну! – крикнул Уэйн.

Мы с Дитрихом одновременно презрительно фыркнули на это показательное веселье.

Кира, предлагаю не спорить, чтобы не развлекать одного проходимца, а воспользоваться двумя одеялами? И одной кроватью? Второй тут нет… Конечно, ты можешь выгнать меня спать на пол, но, скорее всего, я не засну, а завтра очень много дел, – Дитрих улыбнулся с некоторой долей неловкости.Врал. Нет, интонация и улыбка не вызывали ни малейших подозрений, вот только обычная человеческая логика подсказывала, что тот, кто стал Его Превосходительством, генералом, кто прошел через множество воин (если помощник Дитриха, Брайон, разумеется, мне не наврал), навряд ли спал исключительно на шелковых простынях и в полном комфорте.

Пока я размышляла, Дитрих не терялся: вытащил откуда-то второе одеяло, сбросил штаны и улегся в постель, всей своей позой демонстрируя, что он тут исключительно ради отдыха.

Я встала и поплелась к кровати. Ну а что делать? Дитриха не выгоню.