Личный слуга или Мама на полставки

- сообщила я, кивнув на кофейную энциклопедию.

Келион оторвался от бумаг и бросил взгляд на часы.

- Рабочий день ещё не окончен. - недовольно ответил он мне. А то я не знаю, ещё целый час тут штаны протирать. - Но ты можешь сходить и отмыть свое лицо.

- Ваш слуга закончил работу над книгой, Ваша светлость. - мужчина махнул рукой, подзывая меня к себе. Я встала и, подойдя к брюнету, положила результат своих трудов перед ним.

- Ну что за жуткий почерк, ещё немного и у меня кровь из глаз пойдет.

Твоя криворукость невероятна Эрик. - он говорил это мне каждый день, и я уже даже перестала обижаться. Потому что тут герцог даже не соврал. Если б кто узнал, что у его секретаря такой почерк, то покрутили б у виска. Мол, зачем такого рукожопа взял?

Как и полагалось, я на слова начальника лишь кивала, с улыбкой отвечая:

- Все как вы и сказали, герцог. Я ведь всего лишь презренный слуга, вашей милостью занимающий столь почетную должность. Даже если бы этот слуга захотел, то никогда бы не смог сравниться с мудростью, красотой, аккуратностью и утонченностью аристократов.

- он, как обычно, морщился от моих слов и закатывал глаза.

Келион щёлкнул пальцами и убрал магией чернильные пятна с моего носа.

- Просто заткнись. - герцог пролистал книгу несколько раз и отложил ее в сторону. - Сегодня можешь уйти пораньше. - какое облегчение, я как раз собиралась сводить Зефира к другому лекарю, может тот хотя бы объяснит, в чем причина плохого самочувствия Заира.

- Благодарю Ваша Светлость. - я поклонилась и ушла в свою комнату, которую мне выделили в крыле слуг.

Я не носила униформу за пределами поместья, поэтому всегда переодевалась тут перед тем, как уйти или приступить к работе.

Поскольку должность я занимала мужскую, то моя форма, очевидно, не являлась милым черным платьицем горничной с белым фартуком.

И чтоб вы знали, форма у местных горничных совсем не милая или что-то в этом роде, они в своей одежде больше походят на монашек, чем монахини в рясе.

Что же носила я?

Итак, мне было выдано две белых рубашки, у одной был маленький стоячий воротник - спереди он напоминал короткий ворот свитера, а сзади был разделен и заканчивался двумя лентами, которые нужно было завязывать на бант.

Вторая рубашка напоминала своим фасоном обычную, которая имелась у любого мужчины. К ней шел короткий черный галстук.