Ровельхейм 2: Право на жизнь

Тогда я, осмелев, сделала шаг вперёд, подойдя к нему почти вплотную. Прикоснулась вслепую рукой к твёрдой груди, куда пришёлся удар моего туманного клинка. Под ладонью ощутила яростный стук сердца. Его светлость замер каменным изваянием, но я шестым чувством уловила, как он склонился и еле слышно втянул аромат Поющих ручьёв с моего запястья. Секунду спустя, его светлость сделал шаг назад, растворившись в ночи, а я так и осталась стоять с вытянутой ладонью и ощущением пустоты под ней.

Уйди он с арены совсем, я бы решила, что в нём ещё осталась капля совести и сострадания.

Но нет, мои слова и невольный порыв будто остались незамеченными, и тренировка продолжилась так же внезапно. Я засунула поглубже обиду и разочарование, сосредоточившись на поединке.

Теперь я не распылялась на беготню, берегла силы. Надо выжать из непростых условий боя максимум, использовать темноту себе на пользу. На глаза я больше не полагалась, предельно обострив слух и обоняние. И быстро поняла одно несомненное преимущество: моя Тьма, в отличие от ярко-красной боевой магии Шентии, была невидима в ночи.

Трюк с обнаружением противника тенями больше не прошёл, Шентия понял, где допустил промах. Зато теперь я сумела раскинуть их широкой паутиной, и каждая задетая ниточка немедленно выдавала невидимого преподавателя.

Я выстраивала ловушки, атаковала не прямыми потоками, а посылала те по спирали с расширяющимся радиусом, постепенно входя в азарт. Кажется, мне удалось ещё раз зацепить его светлость… Наконец вспыхнули световые шарики, прерывая занятие.

– Тренировка окончена, – скупо бросил Шентия и просто ушёл.

Я от негодования чуть не зарядила магией ему в спину. И это всё? Я была собой очень довольна и надеялась хотя бы на одобрительный кивок, но нет, ни слова похвалы. Чёрствый, бездушный сухарь! Да и крыжт с ним. Я уже пожалела о своей попытке достучаться до его светлости. Хватит с меня! Как он со мной, так и я буду с ним. Ни одного доброго взгляда больше не увидит, ни самой крохотной слабости!

Хельме верно дожидался меня за ареной, чтобы проводить в общежитие.

Я уткнулась ему в плечо, постепенно отпуская злость и напряжение. Как хорошо, когда рядом такой понимающий друг!

На следующее утро Шентия выстроил парней в очередь на спарринг со мной. Более того, на занятии присутствовал ректор Ксавия, бывший декан боевиков, и Эвина Вэй, мой второй истязатель. Я чувствовала себя вороной на петушиных ярмарочных боях.