Академия контролируемой магии

Первый фолиант объёмный и наверняка познавательный, второй — едва ли толще брошюры по бытовой магии, зато вряд ли содержит приятные для меня новости. Не с таким названием.

И самым правильным решением было бы лечь спать, а уже завтра, после встречи с Оллэйстаром, все выходные посвятить этим двум книгам, но последнее время я редко следовала тому, что правильно. Да и кто бы на моём месте выдержал...

Именно поэтому я вернулась на кровать и с трепетом открыла «Стихийную магию». Увлеклась, конечно, и на последнем усилии воли отложила книгу, которая была больше справочником по стихийной магии.

Очень полезным справочником, с примерами и пояснениями, но всё же не таким интересным, как второе издание. И с «Проклятием Даруана» всё оказалось проще и сложнее одновременно — тридцать страниц, больше похожие на дневник, увлекли с первой же строчки. И далеко не радостными новостями.

Маг Даруан не называл ни своего настоящего имени, ни титула, но очень подробно расписал всё, что выпало на его долю. И если начиналась книга вполне невинно, то к пятой странице по моей спине вовсю бродили толпы мурашек.

А всё потому, что Даруан сходил с ума с того момента, как впервые почувствовал жжение на правой руке.

Вздрогнув, чувствуя, как встали дыбом волоски по всему телу, я перевернула ладонь и задрала длинный рукав сорочки. Увы, пятиконечная звезда всё ещё была там — мой первый и, судя по Даруану, далеко не последний ожог.

Потому что за первым последовали другие, пока он не увидел, как чёрные искры гуляют по его рукам.

Проходили дни, и Даруан понял, что пламя появляется тогда, когда он ликует, злится или страдает. Или спит. Но не спать он не мог, а вот подавлять эмоции, став равнодушным и безэмоциональным, очень даже.

И сначала Даруан потерял друзей, потом приятелей, а следом и простых знакомых. Достойная цена за жизнь? Не знаю, но он считал, что лучше остаться одному, чем покрыться не проходящими ожогами.

Новая волна озноба прокатилась по всему телу. Мне повезло больше — ни искры, ни огонь меня не обжигали.

По крайней мере, пока. Но на моменте, где Даруан проснулся с криком, чувствуя, как горят руки, я захлопнула книгу.

Хватит на сегодня.

Подрагивали пальцы, участилось дыхание. В груди потеплело, напоминая, что вот оно, моё собственное проклятие, всё ещё со мной. И никакой Даруан не поможет, вот только... сгореть заживо?

Отчаянно запустив пальцы в волосы, я продолжала сидеть на кровати, не в силах лечь.

Часы показывали три часа ночи.