Последний жрец

На эту мою просьбу торговец уже только махнул рукой, мол, бери, так что кроме монет, в мои руки перекочевал еще и нож.

Наконец-то ударили по рукам.

— Ну что, мы при деньгах, — довольно я оскалился своим спутникам, похлопав по карману, в котором приятно зазвенели монеты, — пойдемте искать постоялый двор какой.

Уже выйдя с рыночной площади, я перегрузил большую часть серебра в рюкзак, оставив в кармане пару белых монет и мелочь. Туда же отправился и нож, все равно закрепить ножны на поясе мне было пока нечем.

Я предложил Лу выступить нашим казначеем, здраво рассудив, что обобрать девушку, вооруженную мечом, а тем более богиню, будет в разы сложнее, чем городского жителя нашего мира.

Однако, к моему удивлению, Лу от этой роли отказалась, свалив всю ответственность за кассу группы на меня. От услуг Илия я, по очевидным причинам, отказался: по бегающим глазам жреца было сразу понятно, что он бы с радостью мои денежки пристроил на вино и пиво.

Постоялый двор нашли достаточно быстро. Встретил нас темный общий зал с затоптанным грязным полом и хмурый усатый мужик за стойкой.

Видимо, владелец. На мой вопрос о комнате и еде ответил быстро: коморка на одного — половина медью, на троих — по трешке с носа, то есть целый серебряный. Переночевать на сеновале — пять медных с человека. Одна порция горячей похлебки без мяса и кусок лепешки — три медных, с парой маленьких кусочков мяса — пять. Каша еще три медяка, пиво по два, а кувшин молодого вина — медная половина. Было и хорошее вино, по два серебряных за кувшин, но о нем, понятное дело, я даже не думал.

Я быстро считал в уме. Так, даже если заселиться в одну комнату, то получается серебряный в день. Плюс два раза в день еда, утром — похлебка на мясе и каша, а вечером — просто каша, да по кружке пива на каждый прием пищи. Это получается еще по медной половине на человека, то есть полтора серебряных в сутки. Итого выходит, при довольно скудном питании, ведь надежды на большие порции не было, с проживанием и столом выходит две с половиной серебряные монеты в день.

Я только в уме присвистнул. Казалось бы, так удачно проданный старьевщику швейцарский мультитул, который принес мне почти половину золотого и другой нож, позволит протянуть нам на этом постоялом дворе буквально пять-шесть дней. Я ожидал более низкие цены, учитывая, что за пару медяков в деревне, по дороге сюда, Илий прикупил нормальных таких овощей, из которых, с добавлением моей солонины, мы дважды варили полный котелок супа на троих.