Последний жрец

Или тут просто сноровка нужна? Кое-как набрав воды, помылся, простирнул брюки и белье, переодевшись в джинсы. Майку тоже прополоскал, справедливо рассудив, что за ночь она просохнет, а сам накинул на влажную спину куртку. Сейчас, после водных процедур, надо будет занести рюкзак с вещами к Лу, а потом — спать.

Не успел я закончить, как из-за угла появилась богиня и потребовала натаскать ей воды. Было видно, как Лу некомфортно в человеческом теле, хотя как мне казалось, она вообще не потела и всегда выглядела неприлично свежо и бодро.

Но, видимо, и ей надо было смыть с себя дорожную пыль и грязь.

Чертыхаясь, сделал еще четыре ходки к колодцу, после чего Лу прогнала меня прочь и начала собственные банные процедуры. Ну и ладно, не очень то и хотелось смотреть на полуобнаженное молодое тело… О чем это я? Занести вещи наверх и к Илию на конюшню, спать.

Последующие дни слились в один большой забег. Никому подсобник, который ничего не смыслил в мастерстве, был не нужен, так что с быстрым поиском работы я обломился.

А денег становилось все меньше и меньше. Еще серебряный ушел на продукты на рынке, которые мы держали у той же Лу в комнате, бессовестно используя ее помещение, как кладовку.

Богиня со мной почти не разговаривала, но я видел, как все более и более хмурой она становилась.

На четвертый день мне повезло и рано утром я перехватил халтуру по разгрузке телеги, за которую мне посулили медную половину и покормить обедом. Правда, не обошлось без конфликта. Оказывается, я отбил заработок у деревенского парня, который постоянно опаздывал и приходил слишком поздно, чем вызывал недовольство лавочника.

Так что, наняв меня, торговец решил увальня проучить.

Парень только зло зыркнул, на что я просто пожал плечами, мол, кто первый встал, того и тапки. Надо быть порасторопнее.

Работа была не сахар, но справился я как раз к обеду. Чувствуя в чем-то даже приятную, трудовую ломоту в плечах и пояснице, я жадно ел горячую похлебку с мягким куском хлеба, стараясь в процессе не обжечь губы и рот.

Довольный и сытый, получил расчет у лавочника, который остался доволен как моей молчаливостью, так и скоростью труда. Он же, кстати, предложил заглянуть ровно через неделю — тогда должны прийти бочонки с пивом, пара мешков муки и прочие тяжести, и от моих оперативно-молчаливых услуг он бы не отказался. Работа обещала быть посложнее, чем сегодня, так что сторговались на девятнадцать медных и попрощались почти тепло.