Вы всё жжёте! Том 1

Цветы красивенькие прислал с утра пораньше. И сам он такой красивенький.

Я фыркнула от определения Антуана в красивенькие, но корзину розовых роз оглядела безо всякой приязни. Вряд ли жених так утруждался, если бы собирался разорвать помолвку. Для этого бегать к невесте каждый день не надо — достаточно уведомить письменно и забыть о ее существовании. Так нет же, еще и цветы прислал. Впрочем, из роз выглядывает кончик конверта. Может, все не так страшно?

Я подпрыгнула на кровати, но чуть опять в нее не свалилась.

Охватившая слабость оказалась полной неожиданностью. Наверняка все дело в той гадости, которой меня пичкали. Нет, правильно я все-таки выбрала сон: такое можно есть только не просыпаясь.

— Леди Николь, вам нельзя резко вставать, — всполошилась Мари. — Потихонечку, медленно. Не волнуйтесь, я вас удержу в случае чего.

Она засунула в карман передника заложенную веревочкой книгу и наклонилась ко мне, сосредоточенно растопырив руки.

— В каком случае?

— Если вы вдруг начнете падать, — совершенно серьезно пояснила она.

— Я для того здесь и сижу, чтобы с вами ничего не случилось. Сейчас ванну примете, покушаете и все пройдет.

Хорошо бы действительно все прошло. Руки-ноги ощущались как чужие, совсем отучились работать, даже пальцы скрючились, словно пытаясь кому-то вцепиться в волосы. Может, мне что-то такое снилось? Например, красивенькая Вивиана? Но тогда у меня не было бы столь хорошего настроения при пробуждении. Наверное. Хотя вдруг она облысела к концу моего сна? Я зевнула и осторожно села.

По дороге в ванную я цапнула конверт из корзины и, пока Мари готовила воду, даже прочитала. Как я и опасалась, ничего обнадеживающего там не нашлось. Антуан писал, что его семья заключила помолвку со мной, а не с моей фамилией, поэтому для него ровным счетом ничего не изменилось. Письмо было щедро усеяно комплиментами, словно их засыпали в чернильницу и цепляли на перо вместе с чернилами, авось какой и придется по сердцу.

Но поскольку сам Антуан по сердцу не пришелся, то и комплименты проходили мимо, оставляя неприятное чувство.

Письмо я отбросила и с наслаждением залезла в ванну. Горячая вода придала бодрости, и желудок громко напомнил о том, что в последние дни ему доставалась только невнятная бурда.

— Мари, принеси чего-нибудь поесть, а? Пожалуйста.

— Мэтр сказал вас одну не оставлять.