Месть невольницы. Истинная для дракона

А как сориентировался с её выдуманным за секунды хитрым планом? Как же ей было тогда страшно за него. Но натренировав себя открывать доступ к потоку в любое время, понимала, что шансы спастись у них немного больше, чем пятьдесят на пятьдесят. И все же риск был так велик, что даже вспоминая сейчас, когда почти все закончилось, она вздрагивала.

Благодарность драконицам из гарема выразить словами тоже было просто невозможно. Эммили не знала, действовали они по причине данной клятвы или действительно совершенно добровольно готовы были защищать её сына ценой собственной жизни, но и в том и в другом случае, от всей души желала отблагодарить девушек.

И уже знала, как.

Попадая в гарем, все они лишались свободы, становясь невольницами, исполняя волю короля (или принца). Вернуть свой прежний, порой весьма высокий статус, могли лишь сыграв свадьбу. Немного к нему приблизиться – путем назначения официально главными фаворитками. Вернуться же в семью можно было и невольницей, но по разрешению короля.

Однако, статус это девушкам не возвращало.

И, несмотря на действующие правила, Эммилия твердо решила исправить это недоразумение. Даже если король будет против. Они шли на смерть, защищая наследника, будучи женщинами, а не опытными воинами, значит, достойны свободы. И как только закончится война, первым делом Эммили вернет этим женщинам то, что принадлежало им и раньше.

Когда принц с сыном уснули, Эммили тихонько прокралась к маленькому тесному балкончику, с которого открывался вид на горные вершины.

Оба солнца близились к закату, неловко краснея и окрашивая цветом своего смущения все окрестности. Девушка стояла с гордо выпрямленной спиной и безразлично смотрела вдаль, пока перед её глазами не появилась…

Это же просто невозможно здесь, в мире драконов. На уровне её взгляда в воздухе, словно по волшебству, замерла невероятная резная снежинка. Она казалась такой хрупкой и волшебной, что Эммили не удержалась и протянула к ней руку.

Но стоило кончику её пальчика коснуться этой природной красоты, как снежинка растаяла, оставляя на коже лишь прозрачную капельку. Она заворожённо смотрела на свою руку, потом снова на горы, и от нахлынувших воспоминаний такие же капельки собрались в уголках её глаз.

Король стоял на просторном балконе, украшенном цветами, в одних свободных хлопковых штанах. Его покои были единственными с балконом такого размера, на то он и король.