Совенок. Путь к трону. Пятая часть

Он усилием воли взял его под контроль. Мельком отметил парочку мелких артефактов, что отозвались огнем. Нет, не то. Ему нужно что-то покрупнее. Похоже, рушится его теория – артефакта в пещере не было.

Он расширил зону поиска. Вышел за пределы сокровищницы, не желая сдаваться и едва сдержал радостную улыбку – теплом отозвался правый угол.

- Там, - указал уверенно. Посмотрел на вытянувшееся лицо капитана, на ошарашенные лица стражей и понял, что прав. В глазах такийцев читались недоверие, удивление и… страх.

- Ты уверен? – напряженно спросил Ацтаки.

Уверен ли он? В том году они начали тренировать дни единения с огнем. Это когда курсантов забрасывали в Стылые пещеры без еды и воды, помещая на выходе сильный артефакт огня. Найдешь – выйдешь, нет – останешься плутать. И если для всех выход располагался в пяти-шести часах ходьбы, то Аль шел целые сутки. Так что это чувство тепла на щеке он ни с чем перепутает.

- Совершенно, - подтвердил, услышав злое:

- Якорь мне в зад.

Кишки на брамсель. Мертвяка в… - капитан осекся, моргнул и торопливо извинился: - Прости.

Смотрел он при этом исключительно на Майру.

Аль не понимал, чего так сильно испугался капитан. На лицах стражей и вовсе священный ужас застыл. Он сдвинулся, прикрывая Майру, так как парочка такийцев призвала стихию, и воздух зазвенел от напряжения. Его команда отреагировала, готовясь отразить атаку.

Ацтаки глянул на всех гневно, точно взглядом ожег, рыкнул что-то короткое, подаваясь вперед – Аль кожей ощутил исходящее от капитана давление.

Стража переглянулась, сделала непричастные лица и нарочито медленно отпустила боевые плетения. Взгляды при этом ничуть не подобрели. Аль себя врагом номер один почувствовал.

Да что тут происходит?!

- Если ты прав, - с усталой обреченностью начал Ацтаки, - то…

Он замолчал. Потряс головой, точно отказываясь признавать случившееся.

- Капитан Ацтаки, вы не можете открыться чужакам, - тихо произнес один из стражей, - да вас совет на корм рыбам пустит.

- А если мы не проверим, то пустят ульхи. Те, кто останутся в живых, - рявкнул Ацтаки, пожелав себе мертвеца в постель. Снова извинился. Курсанты обменялись выразительными взглядами. Шиль положил руку на накопитель, Аль покачал головой. Бой в такой перекрученной силой атмосфере был бы самоубийством для всех.

- Вы дадите клятву о неразглашении, - принял решение капитан.