Совенок. Путь к трону. Пятая часть

– Твой? – со странным шипением уточнили у нее за спиной.

Юля крутанулась, встречаясь взглядом с огненным духом. Тот явно был стар, раз мог разговаривать, но главным было другое – у его ног лежал без сознания Альгар.

Твою же…

Порыв броситься к нему Юля сдержала – знала, что Совенок пока в безопасности, но стоящий над ним дух нервировал.

– Кто твой хозяин? – спросил Юля с холодной ненавистью, и тот внезапно рассыпался искристым смехом. Юля вздрогнула – пара искр попала на ткань парео, и она поспешила загасила начавшую тлеть ткань.

Выругалась, уже понимая, что влипла. Лицо духа поплыло, меняя одно обличье за другим, точно он не был в силах выбрать. Ощущение разлитой силы вокруг стало запредельным, а воздух раскалился настолько, что она испугалась, что у нее загорятся при вздохе легкие. Мир поплыл.

И в голове насмешливым голосом Третьего проговорило собственное сознание: «Только ты, Юлечка, могла оказаться перед лицом нашей драгоценной стихии в купальнике, неприлично–прозрачном халате, перепачканной песком, еще и босиком.

Ах, да и обозвать его идиотом. Мои глубочайшие поздравления – тебя трудно будет переплюнуть. Жаль, что проживешь ты с такой удачей недолго».

Но за себя она еще успеет испугаться, главное – отбить Совенка. И вот что натворил ее мальчик, что довел стихию до белого каления?

– Мой! – шагнула к Совенку, готовая прикрыть собой и отбивать чем угодно, хотя бы тапком в руке.

– Твой? – ей в лицо дохнули злым жаром, опаляя брови и ресницы. Юли облизала запекшиеся губы. Голова закружилась от мельтешащих перед ней в языках пламени мужских и женских лиц, и она попросила:

– А можете выбрать что-то одно, а то меня уже тошнит от...

Нет, Третий точно бы умер от смеха. Потому как Юле сейчас полагалось встать на колени и смиренно принять наказание. Но понимание, как она будет смотреться в купальнике, стоя на коленях…

– Простите, – извинилась, с трудом шевеля языком в пересохшем рту, – вы так неожиданно меня выдернули.

Я не успела подготовиться. А давайте, вы нас сейчас вернете, я переоденусь…

– Женщина! – презрительно рыкнул какой-то маг.

– Дура! – припечатала старуха с длинным носом.

– М–м–м, симпатичная и белье такое… необычное, – протянул с бархатцой в голосе дед.

А потом на Юлю глянула она сама.