Гостья с сюрпризом

— Вы… вы… мне помогаете… вы согласились… я бы хотела проявить как можно больше уважения.

«Да, Авва права, — вздохнула про себя Юля, — не всегда вышколенность идет девушкам на пользу».

— Я госпожа Фереер, — сказала она. — А это мои помощницы, Оза и Амита Эгладо.

Девочки присели в изящных реверансах, явно гордые тем, что их представили как взрослых. В приюте им дали одну фамилию на всех, но Юля изменила ее на более благозвучную в Ратуше, вписав воспитанниц в реестр своего рода. Теперь девочки могли считаться сестрами официально.

Лилия вдруг немного побледнела и опустилась на кушетку:

— Фереер? И вы… вдова?

— Совершенно верно.

— Фереер – фамилия родственного Корнеерам рода, — нервно объяснила девушка, жестом приглашая Юлю и девочек сесть. — Это одно гнездо. Ваш супруг был из горной ветви?

— К сожалению, мой супруг прожил недостаточно долго, чтобы рассказать мне о своей семье, —ответила Юля с некоторым холодком в голосе, — к тому же он был изгнан родом. Для вас это важно?

Лилия побледнела еще больше:

— Как его звали?

— Эймет, — удивленно сказала Юля.

— Эймет Фереер.

— Эймет… умер?!

Лилия вдруг медленно поднялась, оперлась руками о столик, закатила глаза и упала, потеряв сознание. Амита и Оза мигом подскочили к девушке. Оза осторожно похлопала Лилию по щеке:

— Ледяная! Помирает?

— Она жива, глупая, — снисходительно проговорила Амита, — просто в доме холодно.

— Боги, боги, — пробормотала Юля. — Как же я сразу не догадалась! Это же бывшая невеста Эйма! Вот бедняга!

Она позвала слуг.

На зов явилась неряшливая кухарка с птичьим гнездом вместо прически. От нее пахло прогорклым жиром. Юля велела девице принести нюхательные соли. Та ушла и пропала. Зато в гостиную начали озабоченно заглядывать слуги. Они громко обсуждали недомогание хозяйки, не стесняясь гостей.

— Вороньё, — еле слышно сказала Юля, покачав головой, — перепугались, что хозяйка уйдет к богам и оставит их без содержания. Ну же, Лилия, очнись.

К счастью, госпожа Корнеер быстро пришла в себя. Она открыла глаза и устремила умоляющий взгляд на Юлю.

— Скажите мне, что это неправда, — простонала она. — Эйм был моей последней надеждой. О Эймет! Господи, что я говорю! Какая я глупая! — голос Лилии стал испуганным и виноватым. — Вы ведь его жена! Вы носите его ребенка! Простите! Я ничего такого не имела в виду, я просто…

— Во-первых, вставайте с пола, холодно, — спокойно произнесла Юля, — во-вторых, не стоит извиняться, вы ни в чем не провинились. В-третьих, все не то, чем кажется.