Не отпускай меня

Как раз вовремя: в вертикальном положении всё оказалось ещё более безрадужно – я совершенно не могла стоять на ногах, и ему пришлось подхватить меня на руки.

Он отнёс меня в свой кабинет, сел за стол в кресло, усадил на колени. Развернул лицом к столу, положил передо мной чистый лист бумаги и карандаш, а сам скользнул ладонью мне под кофточку, медленно проведя по боку, переместил вперёд и накрыл ею зону солнечного сплетения, усиливая поток своей энергии в моё вместилище.

В тот же момент жаркая волна окатила меня с головы до ног, заставляя выгнуться в его руках.

Кажется, я застонала. Мизерно малой частью своего разума я понимала, что Стужев совершает это не с целью соблазнить меня, что это вынужденная мера, чтобы направлять энергию прямо в резерв, но остальная часть меня пылала похотью и отчаянно отказывалась замечать очевидные факты: тело само по себе выгибалось и тёрлось о него в сладостной истоме.

- Проклятье… Я так больше не могу… Это невыносимо… Сандр… сделай что-нибудь с этим… - сипло воззвала я к нему о помощи.

Он крепче стиснул меня, лишая возможности двигаться, но сделал только хуже: теперь всей спиной я ощущала шикарный рельеф его торса. Такой горячий и манящий, Забытые его побери!..

- Лиз, соберись, - хрипло проурчал он, касаясь губами моей шеи, когда я откинула голову ему на плечо и прикрыла глаза от пробегающей волнами дрожи по телу. - Проклятье… Лиз, я обещаю тебе, что потом, когда ты будешь в норме, я позволю тебе делать с собой всё, что угодно… Пресветлые, дайте мне сил… Я даже сам с удовольствием выполню любое твоё желание… Но сейчас тебе нужно нарисовать схему, слышишь меня?.

.

Потом, потом… опять это дурацкое «потом»… Потом, когда я буду в норме, я скорее себе руку отгрызу, чем позволю себе ласкать помолвленного мужчину. И вы, лорд Хитрюга, это прекрасно понимаете…

Воспоминание о том, что Сандр несвободен, немного привело меня в чувство. Чтобы удержаться в этом состоянии, я сжала одну руку, больно впившись ногтями себе в ладонь.

Со вздохом открыв глаза, выпрямилась и взялась другой рукой за карандаш. Не особо заботясь о красоте и ровности линий, начертила пентаграмму из обряда и расположила по ней руны. Последняя закорючка далась с трудом: внутренний жар пеленой застил сознание. Я выронила карандаш из дрожащих пальцев, повернулась к Сандру и потянулась к его рту губами: ну же, награди меня, я была такой хорошей девочкой…

- Ох, Лиз… - опалил их своим дыханием Сандр.