Не отпускай меня

- Хорошо-хорошо! Только не жгите мне лицо! – взвизгнула горничная, зажмуриваясь, и скороговоркой проговорила: - Я, Глафира Шеттель, клянусь в верности и преданности своей госпоже Элизабет де Розеншипской…

- Клянусь, что не причиню ей вреда ни делом своим, ни словом, - принялась подсказывать я, а она за мной повторять: – Клянусь, что не умолчу, если станет мне известно о затевающемся против неё зле. А если нарушу сию клятву, то сгореть мне на том же месте в пламени праведного гнева Светлых Богов! – последнее я добавила для красного словца и пущей острастки.

Но Глаша немеющими губами повторила слово в слово. После этого я передала Няше мысленный приказ. Кобра взмыла вверх, приняв образ феникса, сделала круг над перепуганной горничной и с громким хлопком исчезла, осыпав её снопом искр напоследок.

- Ну, вот и всё, а ты боялась, - хмыкнула я, слезая с кровати. – Теперь можно и вставать.

Горничная громко судорожно сглотнула, приходя в себя, и тут же засуетилась:

- Сейчас-сейчас, моя госпожа…

Я мысленно хихикнула: вот что значит темнота в умах и магическая необразованность.

Цена этой клятвы, что я сейчас взяла с Глаши, – пшик, пустой звук. Балаганная шутка, а не клятва. А всё почему? Правильно. Потому что Глаша свою магию не использовала и не вплела в мою. Хотя она у неё, без сомнений имеется, просто магический резерв с носик колибри. Но эффект плацебо – такая вещь… иногда пуще любой магии работает.

- Можешь называть меня, как и прежде, «барышня», - смилостивилась я, подходя к зеркалу и разглядывая себя в отражении.

– А что ты там про лицо говорила?..

- Простите, моя госпожа, что напомнила! – взвыла Глаша и кинулась мне в ноги. – Дворовые болтали и… Не со зла я!

Так, а вот это уже плохо, если девка постоянно так трястись передо мной будет. Похоже, я немного переборщила со спецэффектами.

- Поднимись, Глаша, - миролюбиво произнесла я, показывая, что не сержусь. – Ты мне принесла клятву, и я тебе принесу: клянусь, что не буду обижать попусту ни словом, ни делом свою горничную, Глафиру Шеттель.

Обещаю заботиться о ней и не подвергать опасности… - что-то было знакомое в её фамилии, но при попытке вспомнить, моя голова до звона в ушах наполнилась звуками белого шума: треском и шипением.

Я сотворила сияющую бабочку и вплела в неё небольшое целительское заклинание успокоения для купирования истерик у больных.

- Подставь руку и позволь ей сесть на ладонь, чтобы клятва активировалась, - тихо сказала настороженно наблюдающей за мной Глаше.