Один против всех

Несмотря на его располагающую внешность и улыбку, превратившую лицо в застывшую миролюбивую гримасу, было ясно всем, что он опасен, как раскладная бритва. Нечто подобное можно чувствовать, находясь в явной близости с боеприпасами. Пускай запал в снаряд не вставлен, но всегда держись настороже, рвануть может так, что потом невозможно будет собрать даже по частям. Не увидели, а скорее угадали инстинктом, заложенным в каждом самце, что перед ними фигура непредсказуемая, и расступились, пропуская Стася вместе с телохранителем в бар.

Парни во фраках проводили впечатляющую пару долгим взглядом до просторного холла, освещенного яркими огнями. И потеряли к ним интерес, когда гости свернули в сторону служебных помещений

– Ты что его пропустил-то? – спросил улыбчивый паренек с плечами тяжелоатлета у стоящего рядом напарника, такого же крупного детины с широкими, размером в большую сковороду, ладонями.

– Ну ты даешь! – искренне изумился тот. – Ты что, не узнал его? Это же Кулик!

– Да? – в голосе атлета прозвучала нотка уважения.

А как еще следует относится к человеку, который дал «крышу» едва ли не половине города.

– Таких людей в лицо следует знать.

– Надо будет запомнить.

В этом здании Стась уже бывал. Несколько лет назад здесь была городская столовая, нынче – вполне приличный бар. Впереди – обитая дорогой кожей дверь. Не замедляя шага, Кулик уверенно толкнул дверь ладонью и прошел в комнату. В самом углу, спрятавшись за огромным дубовым столом, на низеньком кожаном диванчике расположился хозяин заведения – Алексей Москвин, крепенький гриб-боровик.

А у него на коленях, закинув голые ноги на спинку дивана, сидела белокурая бестия лет восемнадцати и так весело крутила тазом, что напоминала ящерицу, которой прижали хвост.

– Кажется, я не совсем вовремя, – чуть смущенно протянул Стась.

– Брысь отсюда, – запросто согнал Москвин девушку.

Блондинка, приподнявшись, осторожно освободилась от объятий Москвина, встряхнула светло-русыми волосами и с независимым видом направилась к креслу, где лежало голубое платьице и черные полупрозрачные трусики.

Она даже не посмотрела в сторону вошедших, на лице ни малейшего намека на смущение. Так же величаво по узкому подиуму разгуливают длинноногие модели. Гости в который раз убедились в том, что такие избранницы живут вовсе не на небесах и устроены по образу и подобию сотен обыкновенных женщин, полжизни проводящих на кухне.