Вечный рассвет. Академия

- Он прикоснулся ладонью к моей щеке, и я кожей почувствовала холод. Ледяные руки. Как странно.

Странным было и то, что грядки с тыквами у ног этого господина покрылись тонким слоем льда.

- Нина, - он вздохнул, - вы показались мне таким чудесным ребенком, с такой нежностью гладили погибшую овечку. Чистая душа, милая пастушка. Может вы и есть мое спасение?

Мир сузился до льдисто-серых глаз незнакомца. Я молча стояла, не в силах что-то сказать.

И тут в голове промелькнула мысль: «Родители… Брат… Надо зайти в дом, узнать, что с ними».

- Простите, господин, мне надо спешить. - Я поклонилась и, развернувшись на каблуках, быстро направилась к дому.

- Вот как, устойчивость к чарам. Что ж, - незнакомец за моей спиной снова вздохнул.

И дверь в наш простой дом покрылась льдом. Она словно примерзла, и сколько бы я ни дергала, ручка не поддавалась.

- Не надо. Я избавил вас от жутких воспоминаний. Они мертвы, как и эти овечки. Мне очень жаль, Нина.

Я охнула и села на ступеньку. Ноги снова подкосились. Глаза застилала пелена слез.

- Не верю! Откройте дверь! - мой голос больше походил на жалобный стон. Наверное, так же плакала моя бедная мама или милая Джульетта, увидев лик смерти.

И тут в голове возникла страшная догадка: кровавые братья. Их было всегда двое. Они жили в замке рядом с кукурузными полями и убивали рабов. Говорят, от рук этих Арделианов погибали и местные фермеры. Говорят, они нечисты духом и питаются кровью.

Неужели этот господин...

- Как вас зовут? - голос мой был хриплым от холода и слез.

- О-о-о, так ты тоже решил развлечься, брат? Кто эта крошка? Наш десерт?

Дверь ограды скрипнула и на дорожке, ведущей к дому, появился другой незнакомец. Глаза его горели красным, лицо и одежда были испачканы в крови.

- Ты такой ненасытный, мне стыдно за тебя, Руфус, - тихо произнес сероглазый. - Убить целое поселение. Уму непостижимо!

- Да ладно тебе, - проворчал Руфус, - жалкие людишки годны лишь на еду. И, кстати, спасибо за десерт.

Он подошел ко мне и схватил меня за руку.

У Руфуса появились клыки, тонкие и острые. Я закричала. В следующий миг клыки вцепились мне в шею. Где-то издалека сероглазый закричал:

- Руфус, нет! Нельзя!

Сознание уплывало. Перед глазами была только огромная луна на безжизненном ясном небе. Неужели сейчас я умру?

Вдруг все закончилось. Небо стало чернильным, а может, я наконец-то обрела последний покой.