Сиротка в Академии Драконов

– Впрочем, как бы там ни было, я рада тебя видеть, Аста!

Стена из розовых кустов расступилась, открывая поросшую низко стелящейся травой, тропинку. Бабушка шагнула по ней ко мне навстречу и взяла меня за руки. Осмотрела меня внимательно и по-доброму.

- Вижу, ключик мой помог решить твою проблему? – бабушка заинтересованно взглянула на мои руки. – Я чувствую свободное течение твоей магии. Поток пока не сильный, но равномерный. Это уже очень хорошо! Мне приятно, что сумела тебе помочь.

Я посмотрела на своё запястье.

И правда, браслета не было. Странно, не помню, чтобы я его сняла. Наверное, я сплю и вижу сон. А во сне может быть все, что угодно! Даже то, чего в реальности быть не может.

- Это было бы слишком хорошо, если было бы правдой, - вздохнула и пошла рядом с бабушкой вдоль лабиринта.

- Как твой молодой человек? Надеюсь, у него все в порядке? – поинтересовалась Ёрдис.

«А и правда!», - вспомнила я. – «Ведь в Леннарта попала стрела!».

- Я не смогла вылечить Леннарта, бабушка! – вскрикнула я в отчаянии, вспомнив, в каком состоянии парень остался лежать в лесу.

– Что, если те, кто устроил взрыв, найдут его? Мне нужно вернуться! – дернулась я в обратном направлении. - Сейчас же, бабушка! Как мне вернуться?

Я чувствовала в себе наполнение энергией жизни, восстановление сил и желание бежать на помощь Леннарту.

- Ступай! – велела мне бабушка Ёрдис, лёгким движением руки раздвигая передо мной, рослые кусты роз. – Борись, Аста! Борись за свою жизнь! Борись за свою любовь! И будь счастлива, девочка!

Не останавливаясь, я помахала бабушке рукой, лишь краем глаза заметив, как розовый лабиринт сомкнулся, заслоняя от меня улыбку красивой женщины в лёгких, светлых, летящих на ветру, одеждах.

Глава 18

Я проснулась в совершенно незнакомой комнате. Подо мной была огромная, бесконечно-широкая кровать. Я села, подтянув под себя ноги, и попыталась осмотреться.

Тяжелый, затканный золотом, бархат темно-вишневого балдахина над кроватью уходил в темноту бесконечно-высокого потолка.

Я приподняла край балдахина и, выбравшись на волю, спрыгнула на пол. Ноги утонули в густом ворсе ковра почти по щиколотку.

Большая комната с дорогой, освещенной закатным солнцем, массивной мебелью и тяжелыми портьерами на окнах не нашла в моей душе теплого отклика. Лишь полное непонимание происходящего и настороженность.

За спиной раздался негромкий звук: то ли всхлип, то ли неясный стон. Я насторожилась и прислушалась.

Звук повторился.