Сиротка в Академии Драконов

Зачем он об этом меня спрашивает? Ведь не собирается же он принимать меня в Академию вместе с Аделиной? А если собирается? Как мне сказать, что моё обучение закончилось в одиннадцать лет, когда погибли мои родители? Даже, если бы у меня были средства на обучение, у меня просто не было бы на это времени.

- Арифметику. Историю. Родную речь. Чистописание. Со мной занималась мама, когда была жива… - голос всё же дрогнул, и я умолкла.

Скулы тисса Тарбена приобрели более четкие очертания. Он смотрел только на меня, больше ни на кого.

Затем герцог нахмурился.

- Верно ли я понял, тисса Вебранд, что последние пять лет Вы не обучались?

- Да, верно. Последние пять лет я не обучалась, - произнесенные герцогом, эти слова уже не вызывали во мне такого ужаса и дались намного легче. – Точнее, я обучалась сама, тисс Тарбен. Ну, настолько, насколько могла, - смутилась. – В доме неплохая библиотека моего отца, и я старалась читать, сколько могла. Когда было время, конечно.

Герцог перевел тяжелый взгляд на дядю Мортена.

Пожалуй, слишком тяжелый, для дядиной весовой категории. Затем, на глупо улыбающуюся, поправляющую на роскошной груди бриллиантовое колье, Аделину. Дядя сконфуженно забегал глазами, затем упёрся ими в пол, протер платком вспотевшую лысину.

- Вы не хотите мне ничего объяснить, тисс Лейв? - прогремел голос герцога.

Дядя странным образом съёжился, сжавшись в размерах прямо на глазах, но глаз от пола так и не поднял.

- Я с вами разговариваю! Извольте отвечать! – герцог почти не повышал голоса, но интонации не оставляли сомнения – тисс Тарбен взбешен.

Дядя Мортен всё же поднял на герцога взгляд испуганного ребёнка, случайно разбившего любимую мамину вазу. Герцог молчал с минуту, переваривая ситуацию, затем, повернувшись ко мне, произнёс спокойным, ровным тоном человека, принявшего окончательное решение:

- Рад сообщить Вам, Аста, что Вы приняты в Академию Драконов. Я прибыл сюда за Вами, и сейчас Вы отправитесь со мной прямиком в Академию.

Ступайте, собирайтесь!

Я во все глаза уставилась на герцога, не веря своим ушам. Захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться: это ведь не сон? Он ведь не шутит? Вряд ли герцог станет так жестоко шутить.

- Ну же, тисса Вебранд, - снова подбодрил меня герцог. – Бегите к себе, собирайте вещи! Мы скоро выезжаем.

Осознание сбывшейся мечты затопило моё сердце невыразимым счастьем. Единственное, что удерживало меня на месте, это мысли о поместье.