Сиротка в Академии Драконов

Медный колокол в голове герцога раскачивался нещадно и бил в набат, в горле пересохло. Последние несколько бокалов виски вчера вечером были явно лишними, но вчера Понтус их уже не контролировал, отдавшись на волю желанию напиться, во что бы то ни стало. Как ни странно, ему это удалось.

Вспомнилось, что племянник не хотел уезжать в академию и оставлять дядю одного в таком состоянии, но Понтусу удалось убедить его, что всё будет в порядке.

Душ освежил и немного привел в чувства отравленное алкоголем тело.

Накинув халат и, спустившись в кабинет, Понтус вызвал дворецкого и потребовал себе кофе.

- Дживс, у меня к вам еще одна просьба, - попробовав кофе, Понтус Роар развернул газету, поданную дворецким вместе с напитком.

- Слушаю, Ваша Светлость, - кивнул дворецкий.

– Разбудите милых тисс в моей комнате, заплатите им и помогите покинуть дом, - проронил герцог, уже вчитываясь в заголовки.

- Всенепременно, Ваша Светлость, - поклонившись, дворецкий удалился.

Через пятнадцать минут хлопнула входная дверь, и Понтус подумал, что неплохо было бы и позавтракать.

Вызвав в очередной раз дворецкого, велел подать ему завтрак в кабинет.

Еще через пятнадцать минут дверь кабинета отворилась и с подносом вошла горничная Сюста. Выглядела девушка вполне нормально, если не считать платья с длинными рукавами и шеи, замотанной тонким шарфиком. Смотрела она прямо в лицо герцогу, без намека на слёзы или испуг. Лицо Понтуса закаменело. Девушка своей внешностью и ангельским видом невольно напомнила герцогу о том, о чем он, погрузившись в загул и пьянку, безуспешно пытался забыть.

«А она молодец!» - невольно подумал герцог. – «Другим нужна была минимум неделя, чтобы восстановиться».

Сюста поставила поднос на стол перед герцогом и отступила на шаг. Случайно задетая её рукой каменная статуэтка с глухим стуком упала со стола на мягкий ковёр.

- Простите, Ваша Светлость! – улыбнулась горничная и, не отрывая взгляда от герцога, медленно наклонилась за безделушкой.

Затем так же плавно, удерживая взгляд герцога, разогнулась. Свежее личико её залилось краской, губы трепетали, грудь под грубой холстиной платья вздымалась, но Понтус-то знал, какой нежной она была наощупь.

- Поди сюда ближе, Сюста, - как завороженный, протянув к горничной руку, негромко велел Понтус. Он на мгновение прикрыл глаза, благодаря некоторому сходству легко представляя на месте горничной другую, недавно увиденную им девушку.