Переполох в академии Граней. Это кто ещё попал!

— Подселения не было? — встревоженно спрашивает женщина, и по приближающемуся цокоту я понимаю, что она подходит к моей кушетке.

На лоб опускается прохладная рука. Мягко проходится по голове, рассыпает странное покалывание по коже и тут же исчезает.

— Вроде бы нет, — в сомнении бормочет женщина.

— Мне кажется, нет, — с некоторой заминкой вторит ей Рик.

— Ты уверен? — спрашивает его отец с очевидным нажимом. — Дейрик, подселенцев лучше уничтожать до того, как они полностью вытеснят душу хозяина.

Это уже на интуитивном уровне кричит мне — опасность! Мне не нравятся оба слова: подселенцы и тем более устранение.

С первым лучше разобраться, пока все не поняли, кто я такая. А под вторым вряд ли подразумевается, что меня за ручку проводят в мой мир.

— Я знаю, — огрызается на него Рик. — Но и голословно утверждать не берусь.

— Правильно, мальчик, — довольно мурлычет женщина. — Тут нужно быть уверенным на сто процентов. А то всегда есть вероятность устранения ни в чём не виновного человека. Зачем нам случайные смерти?

Господи, как можно говорить ужасные вещи столь ласковым голосом?

Я не удержалась от порыва и чуть приоткрыла глаза.

Уж очень хотелось взглянуть на такую интересную личность.

Приоткрыла и тут же зажмурилась. Надо мной стояла высокая, изящная женщина в нарядном зелёном платье. Я успела заметить очки-половинки, что скрывали переливающиеся жёлто-зелёным светом глаза, и кудрявую шевелюру. Но что заставило меня зажмуриться, так это два изогнутых рога, начинающиеся у женщины на лбу и короной охватывающие голову.

Это что за существо такое, а?!

— Что ж, раз у нас тут полноценная инициация пирима, с радостью вынуждена отклонить твой запрос на исключение Адель из боевой звезды. Придётся тебе натаскивать нового члена команды. И будь добр, сделай это как следует. Дэри* виле Хиларике поступает под твоё командование.

— Так точно. — Скрип зубов Рика доносится так чётко, будто он стоит прямо надо мной.

— Отрадно слышать.

Хоть женщина и говорит с ласковостью и доброжелательностью, но почему-то мне это кажется напускным.

Складывается впечатление, что между Риком, его отцом и этой дамочкой очень натянутые отношения.

Раздаётся стук каблучков, и затем хлопает дверь. Я расслабляюсь в полной уверенности, что меня оставили в покое, как в установившейся тишине раздаётся голос отца Рика:

— Ты же понимаешь, что это всё усложняет?

— Не дурак, — выдыхает Дейрик.

— Мой вариант по-прежнему неплох. — Раздаётся лёгкий шорох и скрип отодвигаемого стула.