Хозяйка Седых холмов

– Но зачем великому князю посылать в Предгорье шайку ряженых разбойников?

– Понятия не имею, – буркнул Яромир.

Сунув золотой обратно в карман, он дал каурой шенкеля, и кобыла лёгкой рысью понеслась к Рубежному лесу.

Глава 4

Хутор лежал у самой опушки.

Смелый, однако, в Предгорьях народ! От одного взгляда на лес по коже бежали мурашки: высоченные сосны и островерхие ёлки стояли плотно, словно частокол, а меж ними плескалась зловещая гулкая мгла. Жуть, в общем. Хотя местные уверяли, будто жить тут спокойней, чем у ксендза за пазухой.

– Коли за Рубеж не соваться, ничего худого не станется, – длинноусый селянин протянул Ледорезу крынку молока. – У Хозяйки с холмов свои владения, у нас – свои.

- Не боитесь её? – удивился Яромир.

– А чего бояться-то? Господарка крепко слово держит. Покрепче иных бояричей.

Ледорез ополовинил крынку, крякнул и утёрся тыльной стороной ладони.

– Добре? – поинтересовался селянин. – Парное. Удой всем на зависть! А всё корова наша – Изольда. Кормилица!

– Поблагодари человека! – Марий возник так внезапно, что Яр непроизвольно дёрнулся и чуть не расплескал остатки угощения.

– Чего это с тобой, пане?

– Ничего, – буркнул Ледорез. – Славное молоко... А её видел кто-нибудь?

– Изольду?

Марий прыснул.

– Господарку, – уточнил Яр, жалея, что призраку нельзя дать под рёбра.

– Знамо дело, видали, – селянин принялся крутить ус. – Старая она, как холмы. И такая же седая. Бродит себе с клюкой, ногу подволакивает.

– Ой, дед! Сам сед и других старишь! – крепкая баба зим сорока втащила в сени два ведра воды.

– Ты, пане, его не слушай. Сочиняет он. Всяк знает, господарка – редкая красавица. Хороша – глаз не отвести. Кто к ней только не сватался! Рыцари, князья, паны, лихие рубаки... Да только замуж она ни за кого не идёт. Так то!

– Хм-м-м... – протянул Ледорез и нахмурил брови. На соседнем хуторе ему поведали совершенно иное. Сказали, будто Хозяйка Седых холмов страшна как смертный грех: плешивая, горбатая, с заячьей губой и вся в бородавках. По другой версии ни горба, ни плеши у неё не имелось, зато тело с головы до ног покрывала жёсткая шерсть.

Такая густая, что даже в самый лютый мороз господарка обходилась без одежды.

– Хоть молодая, хоть старая, хоть три сиськи у неё, одно известно точно: все, кто искал Хозяйку – сгинули! – изрёк старикан. – Так что, брось ты это дело, пане. Брось, и, ежели жизнь дорога, возвращайся восвояси. К жинке да деточкам. Ждут, небось.

Возвращаться восвояси Ледорез не планировал.