Невеста света для стража тьмы

Мог бы участвовать в императорском совете, заниматься благотворительностью или прочей ерундой, которую всегда превозносили участники Ордена Света, приближенного к властям.

Но к стражам всегда относились иначе.

Иногда со скептицизмом, мол, давно ли они видели настоящих тварей? Иногда с завистью – к особой силе. Но чаще с сочувствием. Сталкиваться с темной магией, порождениями подземного мира или свирепостями, что творят люди, связанные с тьмой, не самое большое удовольствие.

Самое важное для них быть сильными, стабильными и сохранять баланс.

Но даже Эйнору не всегда удавалось себя сдержать.

Вот как только что с Эйдой. Будь она неладна! Всегда молчаливая невеста света, которой его представили несколько месяцев назад как будущего мужа, вела себя непривычно. Спорила, пререкалась и слишком настойчиво смотрела в глаза.

Хочешь что-то скрыть – спрячь на видном месте. А раз так, то Эйда явно прятала на видном месте какую-то собственную тайну. И интересно... Раньше он прикасался к ней, и ничего не вздрагивало в его душе.

И теперь, вместо выдержанного спокойствия, в Эйноре бурлила кровь – куда больше положенного. Стоило признать: от настойчивого желания вернуться и поговорить с невестой. Казалось, еще немного – и она сама охотно расскажет, отчего так боится.

Но законы стражей превыше всего. А они гласили ясно: при любой опасности, угрозе темных магов или сил тьмы, с которыми не справится одному Стражу, необходимо созвать Совет и объединить силы.

Вынести угрозу на повестку собрания. Выявить всех, кого стоит подозревать. Разобрать области каждому стражу и ученику. Ну и, конечно, устроить невыносимо долгое обсуждение всех нюансов, выслушать бубнеж капеллана, причитания Патришы, поспорить всем до хрипоты и переругаться на тему того, кто более важную роль выполнит в сей святой миссии.

– А мы живы? – уточнил Эйнор внезапно у шагающего рядом Коула.

– В смысле?

– В смысле – что говорят в народе.

– А! Вы… в смысле, да! То есть нет. То есть никто точно не знает. А как надо? – Коул взглянул на наставника. Молодец, сообразительный.

– Надо чтобы мертвы, – усмехнулся Эйнор.

Коул кивнул, лихорадочно соображая на ходу.

– Понял, мессир. – И только потом его лицо засияло, и он даже приостановился, осознав до конца: – А-а! Понял.

– Угу.