Невеста света для стража тьмы

Может, она тоже меня сразу не взлюбила? Хочет Эйнору, любимцу среди стражей, особо преданной невесты? И поэтому дала подсказку. Почти все ушли, значит, никто не успеет вовремя заметить побег невесты света.

Мэл довольно скоро покинула комнату, и я осталась одна.

Правда, ненадолго.

– Эйнор ушел, – появилась беззвучно Лора.

А я, наоборот, очень даже звучно заорала от пробежавшей волны ужаса.

– Предупреждай, когда появишься, – процедила потом сквозь зубы, поворачиваясь к призрачной невесте.

– Ох уж эти нервные создания, – проворчало привидение, словно забыло, как это быть живым человеком, испытывать страх, ужас, боль.

– Что теперь? – перебила я ворчание.

– Я думала, лучше бежать ночью, но пока все тихо – уходи.

– Да уйду я, уйду. Только как?

– За мной следуй, – пробормотала Лора, пролетая сквозь дверь.

Миленько, только я так не умею, пока слишком материальна.

Но подергав дверную ручку я убедилась, что могу открыть тем же способом, что ручку двери на верхнем этаже. Замок послушно щелкнул, дверь приоткрылась.

В тайном замке было тихо, даже слишком. Можно, наверное, каждый шорох мышей в подвале различить. Интересно, все-все стражи разошлись по своим делам? Это точно облегчит мой побег. Чтобы такие дотошные, как этот Марк, снова не вцепились бы в меня и не допрашивали, что и зачем я делаю.

Вот и Мэл не слышно и не видно.

– Сюда, – неприятно прошелестело за спиной, отчего я в сотый раз покрылась жуткими мурашками.

Призрачная Лора проскользнула мимо, обдав могильным холодом, и полетела по коридору вперед.

Я поежилась и поспешила следом, постоянно оглядываясь: не идет ли кто следом?

В одно из таких оглядываний я не успела посмотреть вперед и едва не наступила на ногу Патрише, бесшумно вышедшей из покоев в середину коридора.

– Мэсси Эйда.

Женщина отступила в сторону, удивляясь моему поведению. Я остановилась, на миг виновато опустила взгляд, разглядывая подол ее скромной длинной юбки черного цвета.

– Прошу прощения, – подняла я несмело глаза.

Патриша, уже не такая строгая, как при первом знакомстве, показалась мне живее и моложе.

Ей было лет тридцать, темные волосы не тронула седина, лицо было гладким и в меру открытым. Только волосы непривычно коротко острижены и кончики едва касаются мочек ушей.

А мягкое платье в духе нарядов Ордена не скрывало изгибов ее фигуры: зауженной талии, высокой груди и довольно красивой шеи. Если по законам Ордена ей отныне суждено провести остаток жизни вдовой – мне даже немного жаль.