С мейсе Райкконен что-то не так

Китти и Либби на портретах было под шестьдесят, но что эти десятилетия в сравнении с прожитыми веками их предков!

– Или вот эта их современная музыка, – ворчливо подхватил второй дедуля. – Представляете, Уна, я вчера наведался в магистрат к своему давнему другу. И уважаемый мэр Готлингем, чьё имя уже сто пятьдесят лет выбито на почётной доске градоправителей, вовсю горланил эту вульгарную песенку про пастушку и дракона! Со всеми анатомическими подробностями этой противоестественной связи… Я, конечно, понимаю, что недальновидный живописец запечатлел многоуважаемого мэра с бутылкой коньяка, но даже это не может служить ему оправданием!

– О, вы тоже её слышали? – встрепенулся Фрэнки.

– Зажигательная песенка! Мальчишки за забором сегодня напевали. «Над леском, над озерцом, над крыльцом махнул крыльцом»…

– Бз-зз! – тут же замахала я руками. – Вот только сюда эту пакость тащить не надо. А в смысле: «над крыльцом махнул крыльцом»? Это как?

– Ну, крылом, в смысле. Дракон крылом. Над крыльцом. Просто иначе рифма не складывается, – охотно пояснила кухарка Мора.

– Какой бред, – закатила я глаза. – Ладно, есть у нас ещё дела на сегодня? Везде порядок? Все довольны? Вредничать не будете? Я тогда, может, ещё вызову кого-нибудь дымоходы прочистить.

Тут из каминной трубы, благо огонь развести ещё не успели, выползла деликатная Генриетта и еле слышно поцокала по кирпичной кладке коготками, привлекая внимание.

– Ой, ты сама уже… Да ты ж моя умничка!

– Молочка бы, – скромно пролепетала девочка, поджав верхние две пары мохнатых лапок к груди.

– Сливок тебе куплю, – расщедрилась я. – Паутину только в проходах больше не оставляй, а то Эдвард в неё замотался сегодня и к стене прилип. Так, а это что? Фрэнки, я же сказала все письма выбрасывать! Свои я на почте получаю, на этот адрес мне не могли слать, а прежним жильцам уже без надобности – значит, в камин. Вон, Море на растопку отдай.

Фрэнки заискивающе улыбнулся:

– Уночка, а ты всё равно посмотри, ладно?

Имя адресата на конверте мне уже не понравилось.

А содержимое письма и вовсе вызвало лёгкую оторопь. Но долго размышлять я не стала. Перечитала ещё раз, сложила письмецо с синей печатью в карман и отправилась по известному адресу.

Ох, видят боги, в полицейский участок я не планировала заходить в ближайшую пару лет. Но…

– Уна, радость моя! – возопил на всё отделение Скоропут Райкконен. – Вот только о тебе думал! Само провидение тебя ко мне послало!

В полицейском участке, как обычно, царила суматоха.