Маска служанки

О, да, большая кровать и личный будуар- вот те вещи, ради которых стоило становиться врушкой.

После того, как я ополоснула лицо и вернулась обратно в спальню, на софе с темными подушками, расшитыми серебром, меня ждали две модистки.

Они принялись носиться вокруг меня, спрашивая о моих предпочтениях, чтобы знать какие из платьев Мираль перешивать в первую очередь и как. Благо, формы покойной не слишком отличались от моих, хотя подолы ее платьев на мне влачились по полу шлейфом, из-за разницы в росте.

Да и вообще, вещи мертвой девушки мне не очень хотелось носить, пусть даже большую часть из них она ни разу не надевала.

Осадок все равно был, но о нем приходилось молчать, ведь о смерти Мираль здесь знала только я. Однако, будто прочитав мои мысли, одна из модисток из воздушного народа с тонкими переливающимися крылышками за спиной, произнесла:

-Возможно, носить вещи другой девушки вам не по вкусу, но уверяю, мы подгоним всего пару-тройку платьев, а потом займемся вашим личным гардеробом. А к концу недели, у вас будет самое великолепное платье к королевскому балу, – заверила она меня.

Я отужинала у себя отменным мясным рулетом, смазанным клюквенным сиропом. А на десерт отведала воздушных лепешек с медом липы, и запила все имбирным чаем.

С наслаждением я приняла ванну и распаренная, довольная и готовая ко сну, я вышла в комнату, когда там меня ждал еще один нежданный посетитель. Мидеус бесцеремонно развалился на моей новенькой мягкой кровати и, скрестив ноги, выжидал меня.

-Снова я обнаруживаю тебя в чужой постели, - поджала губы я, делая акцент на слове «чужой».

-И снова ты выходишь ко мне в одной сорочке, - он одарил меня одной из своих ухмылок, которых у него был целый арсенал.

-Давай не будем делать это нашей традицией, - натянуто улыбнулась я, спихивая его ноги с кровати.

Чего мне теперь его боятся? Я стала не просто леди, а невестой будущего короля. Да, он конечно тоже сын королевы, какой-то там по счету…. А я всего лишь удостоилась титула лендледи - низшего из титулованных сословий, но я знала о нем и его сестре слишком много, чтобы любезничать, соблюдая все традиции.

-Чего пришел? Мидея уже по мне соскучилась?

-Соскучилась…не совсем правильное слово. Скорее рвет и мечет. Ее новая камеристка тихая и скромная. Ей едва исполнилось семнадцать. Ни тайн, ни загадок, ни врагов. И боится мою сестру до одури. Лебезит перед ней и заискивает.

-Да уж, тяжко ей придется, - наигранно посочувствовала я, - но, думаю, Мидея что-нибудь придумает.