Наследница проклятого острова

— Спасибо! У меня к тебе небольшая просьба: мог бы ты передать это послание почтой Виоле Зинто́зе на острове Айпага́рр? — я достала из сумки письмо и отдала.

— Конечно. Вета, я буду скучать, — проникновенно посмотрел мне в глаза Ярц и наконец поцеловал.

Волна эйфории одурманила. Радость от поступления смешалась с удовольствием от долгожданного поцелуя и лишила воли. Я горячо ответила на такую желанную ласку, и мы несколько минут наслаждались вкусом друг друга. Наконец Ярц оторвался от моих губ и с тоской сказал:

— Мне нужно выходить в море.

Вета, пообещай, что ты меня дождёшься и не станешь флиртовать с другими мужчинами!

— А что в этом такого? — пожала я плечами, пьянея от своего нахальства. — Особенно если это позволит сэкономить пару доблонов?

Ярц сверкнул глазами и расхохотался.

— Нет, Вета, ты определённо хороша, — он сжал меня в объятии крепче и потребовал: — Пообещай!

— Я подумаю, — уклончиво ответила я, но внутри всё пело и ликовало от происходящего.

Потрясающий, самый удивительный на свете день!

— До скорой встречи, моя прекрасная Вета, — прошептал Ярц и ещё раз горячо поцеловал на прощение.

Я подхватила саквояж и пошла в Нинарскую Академию, навстречу своей новой жизни.

Из переписки Ярцвега Зортера с Ниором Зортером

Цилаф всё-таки поступила.

Наконец я от неё избавился! Ох, этот сладкий вкус свободы!

Сижу в своей каюте в одних трусах, пью вонючий эртский самогон и чувствую себя абсолютно счастливым. Я никогда не женюсь, никогда!

Цилаф попросила меня передать письмо для подруги.

Имя девчонки я записал, а письмо прочитал и сжёг. Не хватало ещё, чтобы из-за него аберрийцы вышли на след нашей добычи. Мы идём курсом на остров Тенхир и будем там даже раньше, чем планировалось.

Хорошей ночи, отец, а я продолжу вечер в компании с бутылкой.

Ярц

18-й день 16-го месяца 6973-го года

Капитула десятая, общебытовая

Тяжеленный саквояж оттягивал руку, но я шла, улыбаясь. Немного горчила необходимость разлуки с Ярцем, но чутьё подсказывало, что так будет лучше.

Терять голову мне никак нельзя, да и он со мной играет, тут всё понятно. Просто это была до крайности увлекательная игра, и хотелось не прекратить, а понять её правила и одержать хотя бы маленькую победу. Вкус поцелуя всё ещё чувствовался на губах, прохладный ветер ласково трепал волосы и остужал разгорячённое лицо. Путь до учебного корпуса общего факультета лежал через огромный луг, залитый серебристым светом лун.