Единственная для Севера

- Не упрямтесь, моя леди, - усмехнулся Дарион Тиор, протягивая мне руку, - к тому же, нам следует поговорить.

- Мне казалось, в прошлый раз вы наговорили достаточно, - резко сказала я, вскидывая на Дариона глаза, - для новой беседы с вами, мне нужно собраться с силами.

Лорд усмехнулся уголком рта, но глаза остались серьёзными.

- Я вижу, вы устали. Но маленькая прогулка со мной только добавит вам сил.

Не успела я и вздохнуть, как вдруг оказалась на руках у Дариона. Он прижал меня к груди и медленно понёс по лестнице, ведущей не к башням, а к галерее второго этажа.

Очутившись в его объятиях, неожиданно таких знакомых, окутавших меня нежной силой, таких же заботливых и безопасных, как по дороге сюда, я задохнулась и, дернувшись пару раз, притихла, вдыхая знакомый запах каленого железа.

- Мне кажется, здесь тебе самое место, не правда ли, Алесия, - шепнули мне на ухо его губы и жарким дыханием опалило шею, заставив мои щеки запылать, - мне так не хватало наших объятий, моя леди.

.

Я почувствовала, как дыхание его сбилось, хватка стала железной и он зарылся лицом в мои волосы.

- Отпустите меня, - сказала я шёпотом, - наверное, все смотрят..

- Кто? Мои слуги заняты работой. Никто не слоняется по коридорам.

- Но, - я заерзала в его объятиях, - вам ведь тяжело..

- Тяжело? - он вдруг захохотал, откинув голову и остановился, вглядываясь в мое лицо, - Алесия, ты неподражаема!

И неожиданно поставил меня на пол, продолжая с силой прижимать к себе.

- Мне действительно тяжело, - сказал Дарион серьёзно, - ты даже не знаешь, насколько.

Склонившись ко мне, он вдруг прошептал, легко касаясь губами моего лица и не позволяя мне отвернуться: - тяжело, когда ты рядом, но бесконечно далеко, когда я держу тебя в объятиях и знаю, что ты моя, но сделать своей не могу.. когда ты смотришь с ненавистью, а все, чего мне хочется, схватить тебя и..

Его губы, блуждающиее по моему лицу, нашли мои, дрожащие, дотронулись осторожно, нежно, как бы пробуя на вкус.

. Но через секунду из его груди вырвалось глухое рычание, он смял мои губы жестким, требовательным поцелуем, меня опалило ледяным иссушающим жаром, голова закружилась, и я вдруг сама приоткрыла губы, позволив ему углубить поцелуй...

Тишина сделалась оглушающей, я только слышала как испуганно и иступленно колотится моё сердце, отдаваясь в ушах набатом.

Он отстранился первым. Я видела, как трудно ему взять себя в руки.