Плачет рея по пирату

Но три года назад его разыскал младший сын Мараби, заявив, что навсегда оставил саванну. А еще через несколько недель Килимано приобщил сына к своему ремеслу. Вскоре Мараби стал его надежным помощником.

В этот раз все шло как и обычно. В аэропорту Килимано подобрал высокого белого, который произвел на него весьма благоприятное впечатление. Решение созрело мгновенно: он высаживает его неподалеку от гостиницы, и тот будет вынужден идти до нее через заброшенную стройку. Именно в этом месте его должен будет ограбить Мараби.

Он так и сделал. Теперь надо было подождать. Время шло, но сын почему-то не давал о себе знать, и Килимано стали одолевать дурные предчувствия….

О смерти сына старик Килимано узнал на следующий день. Один из полицейских, оказывавший ему покровительство, позвонил на мобильный телефон и грустным голосом сообщил:

– У меня для тебя скверные новости, Килимано.

Предчувствие не обмануло.

– Что-то случилось с моим сыном? – дрогнувшим голосом спросил Килимано.

– Да… Его больше нет с нами. Он почему-то оказался в квартире, в которой не должен был быть. Ты можешь сказать, почему он там оказался?

– Могу… Его отправил туда один белый человек.

– Ты можешь сказать, как выглядел этот белый?

– Для меня все белые на одно лицо… Хотя нет, этот был какой-то особенный, он источал опасность. Прежде я не сталкивался с таким. Предупредил об этом и сына, но видно, не помогло.

– Ты можешь описать его поподробнее? – настаивал полицейский.

– Я обязательно это сделаю, но сначала мне нужно похоронить сына, – твердо произнес Килимано.

Полицейский раздумывал, понимая, что у него вряд ли отыщутся убедительные доводы, чтобы отговорить упрямого масая.

– Хорошо. Так и быть. Но потом сразу явишься к нам. Дело безотлагательное.

* * *

Килимано решил похоронить сына сам, не обращаясь за помощью к кому-либо. Забрав тело из морга, он завернул его в красную клетчатую материю, а потом аккуратно, словно тот был еще живым, посадил на заднее сиденье автомобиля и, помолившись духам Лоя, поехал хоронить.

Отъехав от Найроби километров на двести, Килимано оказался в самом сердце саванны, куда не часто заглядывают даже любители заполучить охотничьи трофеи. Жизнь здесь оставалась неизменной на протяжении многих и многих лет. Неподалеку отсюда находилось поселение масаев, многих из которых Килимано знал.