Попаданка для тёмного, или тайна Ньерата

Какая ещё Эланна?!

Я уже собиралась его поправить, но потом вспомнила, как представилась Амире, и передумала. Не хватало ещё вопросов, почему она понятия не имела, как меня на самом деле зовут. Да и привыкла я, что меня как только не называют. По крайней мере звучит красиво.

– Ну что, племянница, работать-то хоть как-нибудь умеешь? А то, я смотрю, тощенькая, ручки нежные… Держись ты чуть поблагороднее, и принял бы за сбежавшую из дома аристократку.

– Умею, – ответила я, не зная, радоваться мне столь высокой оценке внешности или обижаться явному пренебрежению, звучащему в его голосе.

– Что нужно делать?

Пейриас удивлённо поднял брови и с явным удовольствием произнес:

– Бойкая, надо же. Это хорошо. Тогда пошли, покажу тебе, что и как. А потом спать - время позднее уже.

Мужчина ещё раз осмотрел меня и внезапно спросил, указывая на тощий походный мешок:

– Это все твои вещи? Больше ничего нет?

– Нет, – я покачала головой. Даже одежду из моего мира я оставила в домике в лесу. Не вписывалась она в местную обстановку.

– Это все.

– Мнда-а… – протянул Пейриас. – Амира писала, чтобы я не задавал вопросов, но почти всё в тебе эти вопросы вызывает. Ладно…

С этими словами он развернулся и неспешно направился в смежную комнату, откуда до того валил дым. Я пошла следом.

Неприятный запах внутри почти выветрился, но Пейриас подошёл к окну и распахнул его. Я уже представила, как ночные насекомые дружной толпой устремятся внутрь, а мы до утра будем пытаться от них избавиться, но заметила, как по периметру рамы тускло засветился зеленоватый контур.

Какой-то шустрый мотылек, первым прилетевший на свет, внезапно у самого окна вильнул в сторону и исчез в темноте. Хмм. Удобно.

Комната была небольшой, но заваленной чуть ли не до потолка. В дальнем углу уютно потрескивал огонь в утопленной в стену небольшой печи, рядом стоял стол с кучей склянок, реторт, стеллажей с какими-то коробочками и негромко побулькивающим котлом. Ещё один стол почти не виднелся из под груд бумаг, книг и, наверное, тетрадей в мягких кожаных переплетах.

Записи расползались в стороны, стопками стоя на полу у стола, и лезли наверх по настенным полкам. В кресле у стола тоже лежали книги, почему-то в корзине.

У окна стояла узкая кушетка, на которой лежало смятое шерстяное одеяло. Что-то мне подсказывало, что использовалась она чаще, чем кровать.

...и, кажется, в середине одной из бумажных башен торчит тарелка с бутербродом...