Опасный дар для гадкого утенка

Там сейчас была припаркована патрульная машина и их тормозил обычный гаишник, указывая дубинкой на обочину.

Роман вдруг достал откуда-то вязанную серую шапку и натянул её Саньке на голову.

— Молчи, что бы не случилось, — тихо велел Андрей.

— Сержант Иванов. Проверка документов! — лениво сообщил инспектор ГАИ, когда Лёха опустил стекло.

Взяв корочки, сержант стал их тщательно просматривать, а из патрульной машины показался второй гаишник с немецкой овчаркой на поводке.

— Придётся всем выйти из машины, — извиняющимся тоном сообщил сержант Иванов, возвращая документы.

— Наркотиков нет, оружия тоже! — сказал ему Лёха сердито.

— Тем более вам нечего опасаться, — возразил инспектор. — Или есть?

— Выходим, — тихо скомандовал Роман. — Малая, спокойно, на тебе амулет. И в крайнем случае, этих троих мы сумеем заткнуть.

— Троих? — удивилась она.

— Ещё один прячется в машине, — коснулся её ушей шелестящий шепот Андрея. — Полагаю — самый опасный.

Саня вышла на обочину следом за Андреем. Собака подбежала к открытым дверцам, обнюхала передние сиденья, потом задние. Потом багажник, который велели открыть.

Сержант Иванов курил, стоя рядом с ними.

— Что у вас девушка такая печальная? — спросил он неожиданно, в упор уставившись на Саньку.

— Моей сестре пятнадцать, сержант, — проворчал Роман, приобняв Саньку за плечи. — Обижается, что не даю нос проколоть. Пирсинг, все дела. Вот будет совершеннолетней, станет сама зарабатывать, пусть делает, что хочет.

— О, как знакомо, — подхватил сержант. — Дочь себе пупок проколоть хочет. А она ещё младше вашей.

Собака закончила обнюхивать машину и направилась прямиком к Саньке. Рука Романа на её плече напряглась.

— Собаку уберите, — грубо велел Роман. — Регина их боится!

— Не надо так нервничать! — сказал первый гаишник. — Рекс, мой хороший, что там такое?

Пёс ткнулся Саньке в коленки, но тут же отошёл с обескураженным видом.

Первый гаишник махнул рукой.

— Можете ехать. Счастливого пути.

Они снова погрузились в машину, отъехали, и только тогда Фёдор сказал:

— Очень плохо. Что-то они заподозрили. Значит впереди новая проверка, но уже серьёзнее. Андрюх, что-то оставалось в машине того охотника? Её тряпки, обувь?

— Тряпку вы забрали. Которой он глаза ей завязал. А больше ничего не было. Всё сжёг, подлюга, облегчив нам работу. Заднее сиденье я обрызгал, не думаю, что хоть какой-то след остался.