Опасный дар для гадкого утенка

На ужин она шла вымотанная не меньше ребят. Те еле доползли до столов, падая на скамейки с бледным видом.

— Он садист, — выдал Стас, мрачно зыркая в сторону наставников.

Остальные только молча и понуро согласились, а Глеб тяжело вздохнул.

— Тяжело в учении, легко в бою, — монотонно выдал он.

Девчонки не жаловались — как узнала Саня, для них была другая полоса, менее опасная. И за ними следил Егор Михалыч.

Саня могла собой гордиться — ей удалось разозлить Арсена. Но ощущала она только тоску. Когда она стала такой безжалостной? Ведь главный наставник лагеря ей действительно по-настоящему нравился.

Она соврала Арсену лишь в одном — ничего не прошло, он ей ещё снится будет, как Саня подозревала. И кто знает, когда она им переболеет? Если даже его грубые приставания не смогли убить в ней ещё неоформленные во что-то конкретное чувства. Не любовь, но что-то очень близкое. А вот обиды тоже остались, из-за метки, из-за его жестоких слов, из-за того, что посмеялся над её словами про влюблённость, обида за удар по лицу, наконец.

Возможно, простит его уже завтра. Возможно — через месяц или год. Но никуда от этого не деться. И вовсе не обиды, за которые он никогда не извинится, убеждали в правильности её решения. А именно та хрупкая, зарождающаяся к нему любовь, то, что будет завтра похоронено под жаркой страстью, если она вздумает остаться и смириться.

Но мальчишкам и девочкам она слово плохого про него не скажет. Не хватало ещё, чтобы ребята перестали им восхищаться.

Он лучший лидер для них. И, наверное, ему стоило огромных трудов создать эту базу. Привозить сюда волчат и других оборотней.

— Сколько стоит ваше пребывание здесь? — возник у неё внезапный вопрос.

Поймала на себе удивлённые взгляды.

— Нисколько, — ответила за всех Светлана. — Достаточно сдать небольшой экзамен. Только экипировка своя, и то, тем, кто не может, вроде бы помогают с этим.

— Понятно, — покивала Саня. Больше она не стала задавать вопросов. Не хватало ещё убедиться, что Арсен — это потрясающе хороший человек.

Она не пропустила костёр, с удовольствием сидя с ребятами, глядя на языки пламени большого костра и слушая задушевные песни под гитару, многие из которых даже не знала.

Как ни уговаривала себя быть стойкой, но в какой-то момент встретилась взглядом с Арсеном, стоящим в стороне от костра со скрещенными на груди руками. Вид суровый и неприступный. Взгляд друг на друга, глаза в глаза — растянулся до бесконечности.