Опасный дар для гадкого утенка

— Так договорились же встретить! — опять этот незнакомый весёлый голос. — Держи гонорар, старик сегодня добрый.

Саня всё же заплакала. У неё болело всё, каждая клеточка тела. Глаз и скула горели огнём. Хотя бы из носа больше не текло. А спасение не пришло. Каким-то шестым чувством она понимала, что эти ребята куда серьёзнее Степана. От них сбежать тем более не получится.

— А, это вы, ребятки? — залебезил охотник. — Вот видите, всё в лучшем виде. Пальцем не тронул.

С Саньки сорвали повязку, и она прищурилась от непривычно яркого света.

— А это что? — с тихой угрозой спросил тот же голос, но уже без веселья. Обладатель голоса оставался Саньке невидим.

— Так ударилась, — растерянным голосом ответил охотник. — Билась в путах, вот, и того. Я не виноват, всё честно.

— Кулаком меня ударил, — сдала его Саня. Пусть ей пропадать, но козёл заслужил хотя бы порицания. — Чтоб не рыпалась.

— Лживая сука! — заверещал охотник. — Да вы ей не верьте, это же ве…

— Молчать! — рявкнул на него тот же голос. Саня теперь увидела очередного мучителя ведьм. Здоровенный такой, в камуфляже, коротко стриженный. И глаза, сука, весёлые, злые. — Идите парни, в машину. Я ещё пару слов нашему охотничку скажу.

Саньку не бросили на сиденье очередной тачки, к чему она внутренне готовилась. Тот качок, что её нёс, так и влез в какой-то фургон с ней на руках. Фургон сразу тронулся с места, дверцу захлопнули на ходу.

Саня дёрнулась, когда что-то холодное коснулось лица. И качок соизволил открыть рот.

— Да лёд это, не дёргайся, сейчас легче будет.

Саня расслабилась и горько усмехнулась: как же, красоту подпортили.

— Потерпи немного, ведьмочка! — сказал кто-то за её спиной. — Отъедем немного, развяжем.

— Как это мило с вашей стороны, — равнодушно ответила Саня. Доброе отношение испугало ещё больше.

— Суки! Тормозят! — послышалось с водительского сиденья. — Рома, что делаем?

— Сколько их? — спросил качок Рома.

— Трое. Здоровые!

— Да хоть Арнольды, — хохотнул Рома-качок. — Фигня. Тормози.

И он приподнял Саньку, опуская на пол фургона. А потом бесцеремонно отобрал лёд, сдернул с шеи платок и завязал ей глаза.

— Молчи, ладно? — попросил ласково. — Скоро всё закончится.

Саня не ответила. Этот тип казался намного опаснее охотника Степана. Образ Арсена опять помог не впасть в истерику.

Фургон затормозил, дверца открылась.