Побег

Да, да, срослись, и еще как срослись, – к тому же с незапамятных времен. Но ведь всякий слом в политической машине неизбежно влечет за собой слом и в связанной с ней криминальной машине. Новые люди в Кремле, новые люди в Госдуме – и пиши пропало. Опять начнется передел сфер влияния в воровских и бандитских кругах, передел собственности, дележка общака. Начнутся массовые отстрелы. Так было всегда – при Андропове после Брежнева, при Горбачеве после Черненко. Так будет и после нынешнего нашего вождя…

– Ну нынешний-то еще ого-го какой! – возразил Шрам.

– У меня на этот счет иные сведения, – серьезно заметил Калистратов. – Словом, я предлагаю вам совместное дело. На взаимовыгодных условиях. Вы же легальный бизнесмен. Считайте это деловым предложением. Нам – мне и вам – нужно убрать кое-кого в криминальном воровском кругу. Нет, нет – речь не идет о физическом устранении. Речь идет о физическом удалении.

Ссылка, дальше зоны, подставы, вплоть до лишения гражданства и права на въезд в Россию. Улавливаете?

– Вы имеете в виду и Варяга?

– И его, конечно.

– Но он же сейчас где-то в Америке!

– Александр Алексеевич, – развел руками генерал Калистратов, – меня настораживает ваша неосведомленность. Формально Владислав Геннадьевич Игнатов числится в Америке, но в данный момент пребывает в России. И если мне не изменяет память, с неделю тому назад он был здесь, в Питере, и даже встречался с покойным Тарасовым, бывшим главарем питерской братвы.

Давайте о другом, Александр Алексеевич. Если мы с вами сейчас договоримся, то может так случиться, что в России обнаружится одна интересная вакансия – место смотрящего всея Руси. Хе-хе-хе. Это вам не питерский пахан, это…

Шрам от последних услышанных слов даже похолодел. Японский бог! Стать смотрящим по России – вот на что намекал генерал! У Шрама даже слегка закружилась голова.

– А вам-то это зачем?

Калистратов скроил обиженную мину.

– Александр Алексеевич, голубчик! Я готов повторить: с учетом новых политических веяний нам надо на корню пресечь возможный хаос – вы в своей сфере, мы – в своей. А вместе мы будем делать прежнее дело – держать в узде толпу. Попомните мое слово – грядут большие перемены. Вы даже себе представить не можете какие.