Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

В Асмас уверенно влетала на теплых воздушных крыльях весна, и воздух пах переменами. В душе зрела уверенность, что все будет хорошо. Деньги — они вообще придают уверенности, особенно в завтрашнем дне, особенно если это лично заработанные монеты.

Чуть впереди, насвистывая веселый мотивчик, шел декан Кайлес. Пиджак расстегнут. Руки в карманы. Шел, старательно обходя лужи вчерашнего дождя. И странное дело, ее больше не раздражал его всегда идеальный внешний вид, ведь она знала: если понадобится, этот мужчина не побрезгует испачкать руки.

Свист прервался.

— Не смотрите на меня так, — не поворачиваясь, бросил декан, — у меня спина от ваших взглядов чешется.

Беллара споткнулась. Покраснела. Прошептала:

— Простите. Просто еще никто ради меня не грозил ничего сжечь.

— У вас была удивительно скучная жизнь, — просветили ее, — и не думайте, что дело лично в вас. Есть такое прекрасное понятие — «командная работа». В двух словах: один — за всех, и все — за одного. Понятно?

Беллара обдумала выражение, но прилетевший пахнущий мокрой землей ветер вымел все мысли из головы, оставив лишь одну:

— Господин декан, если вам тоже не дадут зарплату, обещаю пойти и сжечь УВУР.

Спина затряслась. Декан остановился. Обернулся.

— Польщен, но давайте без столь революционных идей.

В голосе Кайлеса сквозила неприкрытая насмешка, однако взгляд был добр и располагающ, так что Беллара решила, что суть она уловила правильно.

— А то нас с вами выкинут из академии или мой кузен все-таки исполнит свою мечту и отправит меня на рудники.

Беллара ощутила, как плечи распрямляются, шаг приобретает четкость, а в груди становится тесно от нового чувства. Точно она не просто там… лжевдова, лже-Беллара, а некто действительно ценный и значимый, ради кого даже УВУР готовы сжечь.

Она гордилась собой, млела от декана и пребывала в радужных мечтаниях ровно до того момента, как пара пыточной обуви приземлилась ей на стол.

— Деньги у вас есть, но выходной только через три дня, так что извольте пока сменить свои ужасные ботинки на нормальную обувь.

Закрывшаяся дверь кабинета отрезала вскипевшие возражения.

Беллара взяла в руку туфли. Черные. Блестящие. С таким каблуком, что на него буханку хлеба наткнуть можно. И как в таких ходить?!

Надела. Встала, держась за стол. Покачалась, ловя равновесие. Глянула вниз: пламя, как же высоко! Посмотрела с ненавистью на дверь начальства. Тиран!

Сняла пыточную пару.