Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Знаешь, зверь, у меня такая секретарша была… М-м-м… Юбка — удар под дых, чулки с узорчиком, шпильки по сердцу ритм отстукивали, блузка такая… с намеком, слегка прозрачная, и грудь. Боже, какая там была грудь… — Кайлес закатил глаза. Тяжело вздохнул. — Жаль, на шпионаже поймал су… гм, ну ты понял, кем она оказалась. На конкурентов работала. Но женщина была… В мозг проникала без всякого дара. А эта, — он поморщился, вспомнив вдовий облик Беллары, — лишь депрессию вызывает. Но ничего, — приободрился, — кофе варить научим.

С чулочками не станем торопиться — начнем с духов, а там и до шпилек доберемся. Люблю, знаешь, слушать их постукивание по полу. Бодрит. И заставляет чувствовать себя мужчиной. — Он замурлыкал тихонько по-русски: — Я его слепила из того, что было… — Прервался. — А убийца она, там, или нет… Разберемся. К тому же у каждого свои недостатки, правда, зверь?

Кроль согласно дрыгнул лапкой.

— Не повод это отказываться от кофе и печенек. Вот если кофе она будет варить дрянной… Тогда выгоню к жыргхве.

— Эй, мелюзга! Оглохла? К тебе обращаюсь. Принеси мне расческу из комнаты.

Майра вздохнула. Началось. Быть самой младшей — тяжкое испытание. Еще и лорд Кайлес ее выделяет. То задание другое подсунет, то чем-нибудь дополнительным нагрузит. Хорошо, что ввиду возраста она не конкурент за сердце декана. Вдобавок на зимнем празднике знатный вышел скандал с ее участием. Никто ничего не понял, но пятно на репутации, как говорила ее бывшая воспитательница, несмываемое. Так что девочки косились на нее, игнорировали, подозревали, испытывали и… не подпускали к себе.

Майра не сильно переживала из-за отсутствия подруг. Благо комната отдельная. Сестра рядом — всегда можно добежать до лазарета. Шестой хоть и занят, но видятся они регулярно. Друзья из бывшей команды не забывают. И, конечно, Крош.

При мысли о деде взгрустнулось. Как он там? Один в огромном доме? Скучает, поди… Майра ему даже письмо писать пробовала. Хотелось поделиться тем, как она учится, и тем, что ее хвалят учителя.

Написала. Перечитала и выкинула. Показалось, глупость одна. Вот вырастет, станет лучшим менталистом Асмаса — тогда и напишет. Или в гости приедет. А пока…

Расческа, значит. Майра сходит, ей не жалко. Заодно потренируется. Салия старше ее всего лишь на четыре года, а воображает себя взрослой леди. Нашла, понимаешь, служанку. Между прочим, семья Майры древнее и богаче. А Салия… из переселенок вообще. Пусть и давних, но все же.

— Твоя расческа.