Леона. На рубеже иных миров

Добролюб, до того с веселой хитринкой рассматривавший девчушку, вдруг перевел взгляд куда-то в пустоту и нахмурился.

За окном залилась громким лаем собака, послышались всхрапы лошадей и скорый перестук копыт. Бабушка Ружа затихла.

— Не друзья это к нам пожаловали, — прищурившись и хмуро сведя к носу брови, проворчал домовой, когда в проеме вновь появилась Ружена. Та молча кивнула ему и повернулась к девочке.

— Опосля в баньку сходим. На вот пока тебе, не терпи, — проговорила женщина, ставя перед постелью ночной горшок.

— Ты не пугайся, дитя. Сиди да помалкивай. Даже если эти гости по твою душу, так уедут они, несолоно хлебавши, — спокойно сказала она и потянулась к державшему полог крючку.

Через мгновение тяжелая ткань опустилась, вновь погружая комнатку в темноту, и лишь слабая полоска света не давала полностью потерять возможность что-то видеть.

В нужник вдруг резко расхотелось. Девочку сковал леденящий душу страх. Ее нашли? Что же тогда стало с мамой? Почему она до сих пор не пришла? Неужели они с отцом все же… Погибли?.

. «Нет, этого не может быть!» — мысленно запротестовала малышка. Горло сдавило, из глаз ручьем потекли слезы. Она с трудом сдерживала рыдания и всхлипы, понимая, что нужно сидеть тихо и, как было наказано, не выдавать своего присутствия.

— Я ненадолго уйду, деточка. Ты уж не пужайся тут, помни, что Руженька сказала, — проскрипел Добролюб и растворился в воздухе.

Во дворе тем временем раздались грубые мужские голоса. Они быстро переговаривались между собой, временами заглушаемые пофыркивающими лошадьми.

Кто-то громко отдавал приказы. Спустя несколько секунд девочка услышала глухой стук в дверь.

— Ась? Хто это тама? Иду-иду, — раздался голос Ружены, ставший как-то вдруг по-старчески глухим и скрипучим.

Леона услышала шаркающие шаги и звук с трудом открывающейся тяжелой двери, потом снова шаги, уже тихие, и снова скрип дверей где-то в отдалении.

— Здравия тебе, матушка. — Донесся до девочки хриплый мужской баритон, и по ее спине пробежал противный холодок — голос был ей знаком.

— Дочка у меня недалече как вчера пропала. Осерчала на меня, убегла да в лесу заплутала, видать. Может видела ее? Умилой звать. Волосы у ней светлые, русые. На вид — годов восьми. Да ростком немногим меньше двух аршин[6]. Подсоби уж, матушка, всю ночь ее искал, не дай-то Боги волкам попалась.

Леона чуть не задохнулась от возмущения из-за такой наглой лжи. А если бы Ружена не знала о том, кто ее гостья и поверила этому «родителю»?..