Леона. На рубеже иных миров

Словцен умудрился взять от обоих родителей все самое лучшее и был весьма привлекательным голубоглазым юношей, от которого не у одной девицы уже щемило в груди. Но сам он, как бы удивительно то ни было, ни к кому еще не сватался, и вообще будто не шибко увлекался девками. Хотя Тихомир в его возрасте уже собирал сватов к красивой чернобровой девице с густыми смоляными волосами, дочке местного кузнеца, на которой в прошлом году и женился.

Леона села рядом со Словценом, по правую руку от Любомиры.

Мужчины ее встретили как всегда радушно и, осыпав любезностями, стали расспрашивать, как поживает Ружена, все ли у нее справно, как здоровьице, да не нужна ли ей какая помощь.

Леона отблагодарила щедрых на теплые слова мужчин и успокоила их тем, что наставница ее в добром здравии, в помощи, вроде как, не нуждается, и все у нее идет справно да своим чередом. По весне как раз продали вороную кобылку, ту самую, что приходится Флоксу матерью, да на вырученные деньги Ружена подумывает прикупить коровку или поросят.

— Тихомир, а где Беляна? — спросила Леона, когда собравшиеся вдоволь утолили свое любопытство, а обмен любезностями и новостями был окончен.

— А я ее к сродичам еешным сегодня отвел. К тятьке с мамкой. Она разродилась в начале травня, так ей шибко тяжко пока самой-то, а я и помочь-то вона толком не смогу щас. Сама видела сколько народу приехало, работы много, — ответил Тихомир, накладывая себе вареную картошку и хорошенько посыпая ее рубленным пахучим укропом. — Тебе положить?

— Да, давай, — благодарно согласилась Леона, протягивая ему свою миску.

— Да и правильно. Чего ей тута делать-то с дитем новорожденным, когда такая толпа народу у нас. Ей щас отдыхать надобно, силы набираться, да дите в тиши и спокойствии кормить. Мы-то ей щас помогать не могем, — посетовал Изъяслав. — Леонка, передай перепелок, будь добра.

— А я ей сразу говорила, шоб к родичам своим пока шла. Неча тут щас с крохой таким сижывать. Тут у нас хто только не захаживает ведь. А щас, вона и вовсе, седьмицу целую будет не протолкнуться.

Люд-то разный небось бывает. Да и шумно ведь. А она уперлась, и все тут, хочу, говорит, с Тихомиром рядом быть, — всплеснула руками Любомира, с возмущением качнув головой, и подложила Леоне еще картошечки. Ей всегда казалось, что девочка не доедает. — Ешь-ешь давай, вон как исхудала-то.

— Я тоже пока там поживу, — продолжил Тихомир. — И ей спокойнее, что я рядом, и у меня на сердце легко, когда они при мне, — закончил он, вгрызаясь в птичью тушку.