Откупное дитя

Писали достойнейшие ведуны скупо и очень мелко, и только кое-где встречались крошечные корявые рисунки.

На этих рисунках было порядком всякой пакости. Русалку я ещё узнала кое-как — по длинным волосам, подчёркнуто круглым титькам и подписи, начинающейся с буквы «Р», — но по большей части все эти чудища оставались для меня непонятными страховидлами.

— А руки ты помыла? — пыхтит Чигирь, взлетая на моё плечо.

Я закатываю глаза и молчу. Руки я сполоснула в сенях старостиного дома и обсушила полотенцем. Не такая уж я и дурочка, между прочим: пусть гримуаров я никогда и не видела, любому ясно, что не стоит хватать тонкие страницы жирнючими пальцами!

— Ладно, — Грач снова шумно вздыхает и переступает по плечу.

— Мы точно знаем, что у нашей нечисти красные глаза…

— Упырь, — сразу же предполагаю я.

— Балда, — беззлобно отзывается Чигирь. — Ты что, кроме упыря никого и не знаешь? Был бы тут упырь, он бы давно уже кого съел! Да и глаза у упыря не светятся.

— А у этого светились?

Грач снисходительно усмехается и снова задирает нос:

— А если б не светились, думаешь, их разглядели б с дороги? Да притом так, чтобы одни только глаза!

Я задумчиво чешу нос.

В словах Чигиря есть немного правды. Да и вообще — он-то, в отличие от меня, хотя бы учился на волхва. Что-то в нечистых силах он должен ведь понимать!..

Я пытаюсь вспомнить кого-нибудь со светящимися глазами, но выходит плохо. В наших местах рассказывали о здухачах, у которых глаза горят ярче всякого пламени, но здухач — светлая сила, добрая.

Здухачи живут среди людей, и только в час большой нужды оборачиваются могучим зверем и летят биться с бедой.

— Букачка какая-то, — бормочу я.

— Долистай до букачки, — предлагает Чигирь.

Я кое-как — с его подсказками — нахожу в книге букачек, и грач читает мне вслух то, что я и так немного знаю. Букачки — мелкое зло, но на редкость поганое: букачки находят самое хорошее и с чувством это портят, как умеют. У видной красавицы-невесты накануне свадьбы вскакивает на носу огромный прыщ, на чистое бельё гадит птица, а край люльки бьёт прямо по колену, да так, что няня вскрикивает, а ребёнок просыпается и заливается плачем.

Люди борются с букачкой заговорами и вешают над дверью белую тряпицу: если запятнается, значит, в доме появился букачка. У ведунов есть способы и вернее: гримуар предлагает ловить букачку за брови. Брови эти такие густые и длинные, что отрастают ниже бороды; их надобно взять и сплести друг с другом намертво.