Мама года или Замуж за гада

Обычно это почти не ощущалось днем, но здесь, ночью, на улице в лесу под холодным ветром было так остро, почти болезненно.

Вчера Дамб позволила себе согреться в чужом тепле и от этого было тошно - она просто использовала влюбленного в нее герцога, принимала, никогда ничего не отдавая взамен.

- Разве любовь может быть неправильной? - Керналион не решился придвинуться сильнее, они и без этого лежали смущающе близко.

Он вырос в другой культуре, в другом обществе, среди других правил.

Для него любовь не может быть неправильной, потому как любовь - это забота, внимание, уважение, привязанность.

Разве есть в этом что-то плохое, что-то неправильное?

- Может. - горько усмехнулась Эрика. - Любовь приходит и уходит, чувства изменчивы. Никто не знает, что будет завтра, вдруг я стану вам не нужен? Зачем тогда ломать друг другу жизнь? - Ибенир видел, как равнодушное лицо Дамб на мгновение дрогнуло.

Он не чувствовал ни капли лжи в словах Эрики, но явственно ощущал ее внутренние борения и смятение, ее пугающую апатию и страх, такой четкий, почти осязаемый.

И после этого пришло четкое понимание - Дамб убегала все это время вовсе не от Ибенира, нет, она убегала от себя и своего страха.

- Мои чувства останутся прежними и спустя тысячелетие. - словно пытаясь успокоить и утешить, проговорил Келион. Эрика поморщила губы.

- Все это лишь слова. - Олимпиада не верила в пафосные речи.

Любовь - это взаимный труд обоих, разве может вечно гореть костер, если в него не подкидывать дров? Как может он помнить о ней даже спустя столетие? К чему ей красивая драконова ложь?

- Дай мне шанс.

- попросил герцог, осторожно взяв ее ладонь и огладив костяшки пальцев. Ему хотелось касаться Эрики, быть ближе, теснее прижаться, чтобы ярче чувствовать её запах, чтобы согревать своим теплом.

Дамб чуть вздрогнула от незатейливой ласки и надломлено улыбнулась. Она не могла дать ему шанса, ведь некому было дать ей время, шанс, что она сможет восстановить тело и выжить.

Но в ее силах подарить ему надежду.

Пустую и совершенно бесполезную.

Это жестоко, но чем еще она могла утешить их обоих?

- Дайте мне время. - герцог пораженно замер. Эрика не сказала ему “нет”, она просила подождать.

- Сколько? - нерешительно целуя тыльную сторону ладони Дамб, спросил герцог. Эйрика убрала руку, давая понять, что Ибенир переходит черту.

- Три года. Если я вы… если наши чувства останутся прежними, я вернусь к вам. - это была странная оговорка, которая сразу заставила насторожиться.