Слезы Амити

– Дамиан!

– А если серьезно, то я сам проводил ее к твоей двери. Зашел вчера в медпункт подлечить раны, а Мэй как раз выписали. Вот и предложил ей помочь донести очищенные от скверны вещи. Знаешь, она так радовалась, что теперь будет жить с тобой – порхала, как бабочка. До этого все время переживала, что ты одна, хотела о тебе позаботиться, – наблюдая за моим выражением лица, забивал он гвоздь за гвоздем в мою крышку. – Даже отказалась идти на ужин, чтобы тебя встретить и обрадовать. Но, похоже, сюрприз не удался.

Блуждающая улыбка исчезла с его губ, а лицо приобрело суровость, которую я видела только на неудавшейся практике.

– И теперь мне интересно, чем же тебе не угодил наш Одуванчик. Неужели ты как все? И тебя смутили слухи о Мэй?

Скрипнув зубами, я отвернулась не в силах смотреть ему в глаза.

– Нет, – слишком резко прозвучал мой голос.

Я даже не стала отпираться, что не в курсе о слухах про неудачи Мэй. Это бесполезно, раз вся Академия в курсе, тем более сложно отрицать то, чему сама стала сегодня свидетелем.

– Я была рада, что Мэй переехала ко мне, но…

– Но?

Я вновь потерла лоб, чувствуя, будто хожу по краю самой цепкой и удушливой трясины под названием «ложь».

– Но для нее так будет лучше.

– Лучше? – усмехнулся Дамиан. – А ты уверена? Пока что «лучше» я не вижу, только поникший в печали Одуванчик.

– Нет, – честно призналась я, а мои плечи опустились еще ниже. – Но…

Я тяжело вздохнула.

– Просто, попробуй мне поверить. Я тоже хочу для Мэй всего самого хорошего, и, боюсь, общение со мной в это «хорошее» не входит.

Дамиан задумчиво хмыкнул.

– И что же тебя привело к такому выводу? Неужели стычка с Холлером? По мне, не такая уж он большая проблема, одно мое слово…

– Дело не в Холлере, – перебила я. – И больше не задавай вопросов, на которые я не смогу ответить.

– Мне порадоваться уже тому, что ты сказала?

– Именно.

– В таком случае я рад, что мы поговорили. И если ты, правда, желаешь Мэй всего хорошего, тогда мне не о чем волноваться.

Я удивленно на него посмотрела, совсем не ожидая таких слов.

И это немного настораживало. Однако прежде, чем я успела что-либо спросить у Дамиана, как нас потеснили ученики, усаживаясь рядом, и только сейчас я заметила, что свободные места в зале стремительно сокращались, чего давно не было.

– Что происходит? – спросила я, оглядывая присутствующих.

Украдкой скользнув взором по местам, где сидели читающий газету Хост и остальные ребята, я встретилась взглядом с обернувшейся Мэй.